Татищев Илья Леонидович



Автор:
Дата: 2010-02-26 00:44

Татищев Илья Леонидович (1859–1918)–граф, генерал-адъютант свиты императора Николая II (1905), генерал-лейтенант,числился по гвардейской кавалерии.Сын генерала Леонида Александровича Татищева (1827-1881). Окончил Пажеский корпус. Служил с 1879 года  в лейб-гвардии гусарском полку.Адъютант командира Гвардейского корпуса с 9.05.1885 по 10.04.1890 года.Был адъютантом третьего сына Александра II,великого князя Владимира Александровича, главнокомандующего войсками гвардии и Петербургского военного округа с 10.04.1890 года по 11.11.1905 год.В 1895 произведен в полковники.С 1905 — генерал-майор свиты Его Императорского Величества. В 1910 произведен в генерал-адъютанты.В 1910–1914 гг. состоял от Российского Высочайшего Двора в свите при императоре Вильгельме II.Состоял до смерти членом Свято-Князь-Владимирского братства.

Добровольно последовал с царской семьей в ссылку в Тобольск, сопровождал царских детей при переводе их из Тобольска в Екатеринбург, где по прибытии 23.05.1918 г. был арестован и посажен в тюрьму.Вместе с князем В. А. Долгоруковым расстрелян большевиками в Екатеринбурге 10 июля 1918 года. "Я желал бы только одного, чтобы меня не разлучали с Государем и чтобы дали умереть вместе с ним» – говорил Татищев Пьеру Жильяру. Их вывели за кладбище и расстреляв, даже не зарыли. Останки их были обнаружены белогвардейцами при взятии Екатеринбурга.Канонизирован в 1981 году Русской Православной Церковью за границей под именем святого мученика воина Ильи.

Генерал М. К. Дитерихс так писал о нем: "Илья Леонидович Татищев попал в состав свиты, предназначенной сопровождать Царскую Семью в Тобольск, случайно. Он не принадлежал к числу так называемых придворных.Когда выяснилось, что вследствие болезни жены Бенкендорф не сможет сопровождать Государя в ссылку в Тобольск, Керенский предложил бывшему Царю выбрать одного из следующих лиц: Воейкова, или Нилова, или Нарышкина, или Татищева. Выбор Государя остановился на Татищеве,о чем Керенский послал уведомить последнего помощника комиссара Министерства Двора Павла Михайловича Макарова. Макаров, приехав к Татищеву, объявил Илье Леонидовичу, что он назначен сопровождать Государя в Тобольск. На это заявление Татищев спросил: “Что, это распоряжение Правительства или приказ Государя?”.“Желание Государя”, — ответил Макаров. “Раз Государь желает этого, мой долг исполнить волю моего Государя”, — сказал Татищев, и в тот же день присоединился к свите, уже состоявшей при Царской Семье.

Выбор Государя был очень удачный. Глубоко благородный и идеально честный Илья Леонидович, с христианской душой и кротким характером, стал вскоре общим любимцем в среде заключенных в Тобольске. С большим внутренним запасом духовных сил, он умел быть всегда спокойным, ровным, внося бодрость в окружающих и стараясь различными рассказами и воспоминаниями сокращать долгие досуги томительных дней заключения в Тобольске.

Попав в тюрьму, Илья Леонидович и здесь не изменил себе и старался подбадривать других. “Вот Алексей Андреевич, —обратился Татищев к Волкову, входя в контору тюрьмы, — правду ведь говорят: от сумы да от тюрьмы никто не отказывайся”. Кругом улыбнулись, и только большевик  Мрачковский злобным тоном заметил:“По милости Царизма, родился в тюрьме”.

На верхнем фото: Татищев И.Л. слева

В камере, в которую попал Татищев, содержалось несколько офицеров, с которыми Илья Леонидович любил беседовать, поддерживал в них бодрость и веру в спасение России, и, несмотря на весь ужас окружавшей обстановки, на грязь, испытываемые лишения и нравственные муки перед неведомой личной судьбой, он остался верным своему Государю и своей присяге до конца. Рассказывая офицерам, как Государю Императору угодно было предложить ему сопровождать Его Величество в ссылку, Илья Леонидович говорил:“На такое Монаршее благоволение могла ли у кого-либо позволить совесть дерзнуть отказать Государю в такую тяжелую минуту?Было бы не человечески черной неблагодарностью за все благодеяния идеально доброго Государя даже думать над таким предложением;нужно было считать его за счастье”.

10 июля Татищев и Долгоруков были вызваны в тюремную контору. Здесь им вручили ордера за подписью Белобородова и Дидковского, в которых им предписывалось в 24 часа покинуть пределы Уральской области. Такая неожиданная милость советских властей очень удивила обоих;ни Татищев, ни Долгоруков никого не просили об освобождении, и никто к ним за время заключения в тюрьме не приезжал, и за них никто не хлопотал. Тем не менее им приказали сейчас же взять свои вещи и уходить.Двери тюрьмы перед ними открылись. Но у ворот тюремной ограды их встретили вооруженные палачи из чрезвычайной следственной комиссии, которые отвели Татищева и Долгорукова за Ивановское кладбище в глухое место, где обычно, по выражению деятелей чрезвычайки, “люди выводились в расход”. Там оба верных своему долгу и присяге генерала были пристрелены, и трупы их бросили, даже не зарыв.