Список форумов belrussia.ru  
 На сайт  • FAQ  •  Поиск  •  Пользователи  •  Группы   •  Регистрация  •  Профиль  •  Войти и проверить личные сообщения  •  Вход
 Колчак-Полярный Следующая тема
Предыдущая тема
Начать новую темуОтветить на тему
Автор Сообщение
shevron
ефрейтор


Зарегистрирован: 08.01.2009
Сообщения: 165
Откуда: Жуковский

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 11:44 am Ответить с цитатойВернуться к началу

Господа, в этой теме пойдёт разговор о Александре Васильевиче Колчаке. Итак:
Колчак Александр Васильевич (1871-1920) - российский военный деятель, ученый, писатель. Участник полярных экспедиций 1900-1903 и 1908-1911 гг. Во время русско-японской войны командовал эсминцем и батареей в Порт-Артуре. Участник первой мировой войны. Как командующий Черноморским флотом (с июля 1916 г.) готовил флот для захвата Константинополя весной 1917 г. После Октябрьской революции один из лидеров "Белого движения": установил в Сибири военную диктатуру и принял титул "Верховного правителя Всероссийского правительства" в Омске (ноябрь 1918 г. - декабрь 1919 г.). Зимой 1918 г.- летом 1919 г. организовал наступление для захвата Москвы и низложения Советского правительства, но потерпел поражение. Бежал из Омска в Иркутск. Расстрелян по приговору Иркутского Ревкома, санкционированному большевистским центром.

СОВЕТСКИЙ ВЗГЛЯД:
КОЛЧАК Александр Васильевич [4(16). 11.1874, Петербург, —7.2.1920, Иркутск], один из руководителей российской контрреволюции, реакционер и монархист, ставленник Антанты в Гражд. войне в Сов. России, адмирал (1917). Окончил Мор. кадет, корпус (1894). В рус.-япон. войну 1904—05 командовал эсминцем, затем береговой батареей в Порт-Артуре. В 1906—09 и 1911 — 14 служил в Мор. Генштабе. Придерживался консервативных взглядов на развитие флота. В 1-го мировую войну нач-к операт. отдела Балт. флота, затем ком-р минной дивизии. С июля 1916 команд. Черномор, флотом. После Февр. революции 1917 занял резко контрреволюц. позицию, под давлением матросских масс был отозван Врем, пр-вом в Петроград и вскоре направлен в командировку в Великобританию и США. В окт. 1918 с англ. ген. А. Ноксом прибыл в Омск и 4 нояб. назначен воен. и мор. мин. белогвард. «Сибирского правительства». 18 нояб. 1918 при поддержке кадетов, белогвард. офицеров и интервентов совершил переворот, ликвидировал эсеро-меньшевистское пр-во, установил воен. диктатуру, принял титул «верховного правителя рос. гос-ва» и провозгласил себя верх, главнокомандующим всеми сухопут. и мор. вооруж. силами России. После разгрома Сов. Армией колчаковских войск бежал из Омска в Иркутск, где 27 дек. 1919 был взят под охрану чехословац. войсками. 15 янв, 1920 выдан эсеро-меньшевистскому полит- центру, а затем по требованию восставших рабочих передан Иркутскому большевистскому ревкому. После следствия по приговору ревкома расстрелян.

Использованы материалы Советской военной энциклопедии в 8-ми томах, том 4.

Мы не говорим о Колчаке, как о Верховном Правителе России, это разговор для другого раздела нашего форума. Посмотрите:перед нами две точки зрения. Лично мне, конечно же, ближе первая. Прошу Вас, господа, высказать своё мнение.

_________________
С вером у Бога!
Посмотреть профильОтправить личное сообщениеICQ Number
Manfred
капитан


Зарегистрирован: 16.04.2009
Сообщения: 1186

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 2:03 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

В конце 80-х, в хорошем журнале"Вокруг Света" была статья о Александре Васильевиче. Именно как о выдающемся полярном исследователе. Там много было фотографий, неизвестных мне фактов.
Особенно запомнилась его экспедиция по спасению группы барона де Толля. Тот решил достичь легендарной "земли Санникова" и пропал. Ясно, что надо было спешить, что в Арктике адская погода, что снаряжение тогда было примитивным.Колчак нашел зимовку пропавшей группы, но спасать было уже некого.

Насколько я помню, именем Колчака был назван мыс.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
marquis
прапорщик


Зарегистрирован: 08.01.2009
Сообщения: 755

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 4:09 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Кстати в написанной и изданной в СССР книге Обручева "Земля Санникова" Колчак описан на первых странницах, но не назван по имени Wink

_________________
На все их вопросы
Един наш ответ:
У нас есть "Максим"
У них его нет.
(с) Британское колониальное творчество
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 5:44 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Конечно первая, если выбирать из Ваших, Анастасия, вариантов. Спасибо за открытие темы, считаю что по героям Белого Движения и наиболее выдающимся личностям царской России ( а так же по другим Государям Царской России , с учетом возможного расширения форума в будущем) нужны отдельные темы.В данной теме про Колчака можно так же говорить про военачальника Царской России.
Итак, Колчак:

Александр Васильевич Колчак родился 4 ноября 1874 г. на Обуховском сталелитейном заводе близ Санкт-Петербурга, в семье дворянина – офицера морской артиллерии. В метрической книге Троицкой церкви села Александровского Петербургского уезда значится: «Морской Артиллерии у штабс-капитана Василия Ивановича Колчака и законной жены его Ольги Ильиничны, обоих православных и первобрачных, сын Александр, родился четвертого ноября, и крещен пятнадцатого декабря тысяча восемьсот семьдесят четвертого года». Его отец (к тому времени ему было 37 лет) прошел большой жизненный путь. Юношей он принял участие в Крымской войне, держал оборону на знаменитом Малаховом кургане. Был ранен и пленен французами. С Принцевых островов (на Мраморном море) вернулся на Родину. Закончил институт горных инженеров, после чего некоторое время работал на Златоустовском заводе на Урале – изучал металлургическое и оружейное дело. После этого он все время работал на Обуховском сталелитейном заводе, будучи приемщиком от военного ведомства. Выйдя в 1889 году в отставку в чине генерал-майора, В.И. Колчак продолжал трудиться на том же заводе в качестве инженера, зав. мастерской. Он был крупным специалистом в области артиллерии, опубликовал ряд научных трудов.

Описал он также события Крымской войны (очерк»На Малаховом Кургане» и книга «Война и плен»). Умер он 4 (17) апреля 1913 г.

Мать А.В. Колчака, Ольга Ильинична, (1855-1894) урожденная Посохова. Дворянская семья Посоховых из Херсонской губернии переехала в Одессу. Дед А.В. Колчака по матери был последним одесским городским головой, расстрелян советскими органами в 1920 году. О.И. Колчак умерла довольно рано, когда ее сыну было лишь 20 лет. Кроме Александра, в семье было две дочери – старшая Екатерина и младшая, еще в детстве умершая, – Любовь.

Александр Колчак начал свое школьное образование в 6-й Петербургской классической гимназии, где пробыл до 3-го класса, а с 1888 г. обучался в Морском кадетском корпусе. В выборе будущей профессии сказалась семейная традиция – военная служба с «морским уклоном». Не только его отец, но и дяди (братья отца) Петр и Александр также были морскими артиллеристами. Первый из них был капитаном 1-го ранга, второй – генерал-майором. Ближайший родственник Александра Колчака по матери – Сергей Александрович Посохов был контр-адмиралом, брат Посохова Андрей – пехотным генерал-майором.

Итак, Александр Колчак поступил в Морской кадетский корпус, а впоследствии он отмечал, что из гимназии в корпус «перевелся и по собственному желанию, и по желанию отца». Способный, талантливый по природе своей, он к тому же еще много и упорно работал, тщательно изучал науки, военно-морское дело и шел в своем выпуске то первым, то вторым. В 1892 году он производится в младшие унтер-офицеры, а за год до выпуска назначается, как лучший по наукам и поведению, фельдфебелем младшей роты морских кадетов. Кадет этой самой младшей роты, в дальнейшем на протяжении целого ряда лет друг, помощник и сподвижник, первый биограф Колчака контр-адмирал Михаил Иванович Смирнов о том времени вспоминал: «Колчак, молодой человек невысокого роста с сосредоточенным взглядом живых и выразительных глаз, глубоким грудным голосом, образностью прекрасной русской речи, серьезностью мыслей и поступков внушал нам, мальчикам, глубокое к себе уважение. Мы чувствовали в нем моральную силу, которой невозможно не повиноваться, чувствовали, что это тот человек, за которым надо беспрекословно следовать. Ни один офицер-воспитатель, ни один преподаватель корпуса не внушал нам такого чувства превосходства, как гардемарин Колчак. В нем был виден будущий вождь».

Колчак окончил корпус и высочайшим приказом по флоту 15 сентября 1894 г. был произведен в первый офицерский чин – мичман. Ему было 19 лет. За отличные успехи Колчаку была присуждена премия П.И. Рикорда с вручением 300 рублей. Этот русский адмирал отличился не только во время русско-турецкой войны 1828-1829 гг., командуя эскадрой в Средиземном море, но и как мореплаватель, ученый, являвшийся членом-корреспондентом Петербургской академии наук

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 5:49 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Весной 1895 года Колчак получил назначение на только что спущенный на воду крейсер 1-го ранга «Рюрик» в качестве помощника вахтенного начальника. На этом крейсере он ушел в плавание на Дальний Восток. В конце 1896 г. был переведен на клипер «Крейсер» в качестве вахтенного начальника и на протяжении нескольких лет совершал плавания в водах Тихого океана. Во время плаваний Колчак выполнял не только строевые офицерские обязанности. Он усиленно занимался самообразованием, пополнением специальных и общих знаний. Вместе с тем он в служебном порядке вел работы по океанографии и гидрологии. Колчак все больше утверждается в намерении, вызревавшем со времени обучения в морском корпусе, участвовать в экспедициях, заняться океанографией, наукой. И в этом направлении он уже тогда сделал первые серьезные шаги. В 1899 году Колчак опубликовал свою первую статью «Наблюдения над поверхностными температурами и удельными весами морской воды, произведенные на крейсерах «Рюрик» и «Крейсер» с мая 1897 г. по март 1898 г.».

Командир «Крейсера» Г.Ф.Цывинский позднее, став адмиралом, писал: «Одним из вахтенных учителей был мичман А.В.Колчак. Это был необычайно способный и талантливый офицер, обладал редкой памятью, владел прекрасно тремя европейскими языками, знал хорошо лоции всех морей, знал историю всех почти европейских флотов и морских сражений».

Товарищи Колчака по плаваниям отмечали, что он находил время на изучение древних индийской и китайской философией. Культура Востока его влечет и позднее, когда в 1917-1918 гг. он оказался в Японии и Китае. Чтобы иметь возможность читать произведения китайских мыслителей в подлинниках, он изучает китайский язык.

По прибытии в 1899 г. в Кронштадт Колчак отправился к вице-адмиралу С.О. Макарову, готовившемуся к плаванию на ледоколе «Ермак» в Северный Ледовитый океан. «Я просил, – отмечал Колчак, – взять меня с собой, но по служебным обстоятельствам он не мог этого сделать, и «Ермак» ушел без меня. Тогда я решил снова идти на Дальний Восток, полагая, что, может быть, мне удастся попасть в какую-нибудь экспедицию, – меня очень интересовала северная часть Тихого океана в гидрологическом отношении. Я хотел попасть на какое-нибудь судно, которое уходит для охраны котикового промысла на Командорские острова к Беринговому морю, на Камчатку. С адмиралом Макаровым я очень близко познакомился в эти дни, так как он сам много работал по океанографии». Следовало бы отметить, что в другом случае, в автобиографии, Колчак говорит о своих более ранних мечтах, в пору обучения: «Еще будучи в корпусе, и во время плавания на Восток, я интересовался океанографическими исследованиями в полярной области. Моим всегдашним желанием было снарядить экспедицию для продолжения работ в Южном Ледовитом океане, начатых нашими знаменитыми адмиралами Беллинсгаузеном и Лазаревым». Таким образом, позднее, видимо, под влиянием С.О. Макарова, внимание Колчака было переориентировано на Север, к рубежам Российской империи. Тогда, по возвращении с Дальнего Востока, в Петербурге Колчак узнает о готовящейся Академией наук под руководством барона Э.В. Толля Русской полярной экспедиции. Она имела целью исследовать земли на севере от берегов Сибири. Предложить свои услуги Колчак не решился, однако судьба сама нашла его. Находясь в плавании в Средиземном море, во время стоянки корабля в греческом порту Пирей, Колчак совершенно неожиданно получил предложение из Академии, от Э.В. Толля, принять участие в упомянутой экспедиции. Оказывается, работы А.В. Колчака обратили на себя внимание барона, нуждавшегося в трех морских офицерах. Поступившее предложение Колчак принял немедленно и в январе 1900 г. явился к Толлю.


В полярной экспедиции:

Image

http://www.ei1918.ru/civil_war/a_v_kolchak.html


Начальник экспедиции предложил А.В. Колчаку руководить гидрологическими работами, а кроме того, быть и вторым магнитологом. Всю зиму и весну последнего года девятнадцатого столетия Колчак употребил на подготовку к экспедиции. Он работал в Павловской магнитной обсерватории, изучая теорию и производя практические работы по магнетизму. Работал и в петроградской Главной физической обсерватории.
21 июля 1900 г. экспедиция на специально оборудованном, приобретенном в Норвегии судне «Заря», двинулась по Балтийскому, Северному и Норвежскому морям к берегам Таймырского полуострова, где предстояла первая зимовка. До того А.В. Колчак пробыл некоторое время в Норвегии, где оборудовалась «Заря». Там он занимался у знаменитого полярного исследователя Ф.Нансена. Во время плавания и зимовок на Таймыре и на Новосибирских островах Колчак, как и другие члены экспедиции, напряженно трудился, вел гидрографические, океанографические работы, плавал на катере, измерял глубины, наблюдал за состоянием льдов, делал наблюдения над земным магнетизмом. Совершал поездки по суше, исследуя малоизвестные места побережья материка и островов. В апреле – мае 1901 г. они вдвоем с Толлем путешествовали по Таймыру (на протяжении 500-верстного пути Колчак вел маршрутную съемку). Позднее Колчак со спутниками, а где и в одиночку, впервые пересек остров Котельный, измерив высоты, проехал поперек Земли Бунге от устья р. Балыктах к южной части острова Фаддеевского, совершал поездки по льду к западу и северу от острова Бельковского, открыл остров, названный именем Стрижева. Начальник экспедиции был чрезвычайно доволен Александром Васильевичем и в донесении президенту Академии, посланному в январе 1901 г., сообщал: «Станции начинались всегда гидрологическими работами, которыми заведовал лейтенант А.В. Колчак. Это научная работа выполнялась им с большой энергией, несмотря на трудности соединить обязанности морского офицера с деятельностью ученого».

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.

Последний раз редактировалось: Дроздовский (Ср Май 06, 2009 5:53 pm), всего редактировалось 1 раз
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 5:52 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Толль вообще считал, что Колчак «не только лучший офицер, но он также любовно предан своей гидрологии». Э.В. Толль увековечил имя А.В. Колчака – назвал его именем открытый экспедицией остров и мыс в том же районе.

Колчак во время полярной экспедиции:

Image


Поскольку на шхуне из-за состояния льдов не удалось пробиться к северу от Новосибирских островов, Э.В. Толль принял решение с магнитологом Ф.Г. Зебергом и двумя каюрами пробиваться пешком. Он стремился туда,так как верил в возможность существования легендарной Земли Санникова – еще не открытого Северного материка. Остальным же членам экспедиции из-за того, что кончались запасы продуктов, предстояло пройти от земли Беннетта южнее, вести исследования, а в дальнейшем вернуться в Петербург. Экспедиция оставила для Толля в условленном месте запасы продовольствия: он намерен был со своими спутниками вернуться к устью Лены самостоятельно. Предпринял эту благородную, но крайне рискованную попытку барон Толль весной 1902 г.

Колчак со своими товарищами после новых безуспешных попыток пробиться на шхуне на север к окончанию навигации вышли к устью Лены и через Якутск, Иркутск в декабре прибыли в Петербург. Колчак доложил Академии о работе экспедиции, ее достижениях и неудачах. Сообщено было и о предприятии барона Толля, от которого каких-либо вестей ни к тому времени, ни позднее не поступило.

Участь Э.В. Толля необычайно встревожила Академию, Геграфическое общество. Поднимался вопрос о посылке в район Новосибирских островов Ледокола «Ермак». Колчак же предложил Академии более простой и дешевый план для поисков Толля. Поскольку надежды на успех плавания на шхуне «Заря» практически не было, Колчак предложил использовать шлюпку. Намечавшееся предприятие было столь же рискованным, как и пеший поход барона Толля. Несмотря на стесненность Академии в средствах, вопрос об экспедиции был решен положительно и довольно быстро, уже в январе 1903 г.

А.В. Колчак, получивший полную свободу действий и достаточные средства, незамедлительно выехал в Архангельск. Он взял с собой двух участников предыдущей экспедиции, добровольцев – боцмана Н.А. Бегичева и рулевого старшину В.Л. Железникова, в Архангельске к ним присоединились еще четверо поморов, привыкших к плаванию во льдах. Эта группа отважных людей и составила костяк экспедиции. Смелым и деятельным помощником Колчака стал политический ссыльный студент П.В. Оленин, знавший Якутию, Сибирский край. В соответствии с договоренностью, Оленин заранее выехал в Верхоянск, затем в Устьянск, закупил собак (всего 161, этого было мало, но достать больше не удалось), снаряжение. Была нанята группа каюров из якутов и тунгусов. Экспедиция, состоящая из 17 человек с 10 нартами и вельботом, с всего лишь трехмесячным запасом продовольствия, минимум снаряжения, совершила, казалось бы, невозможное. Добравшись до моря и дождавшись его частичного вскрытия, Колчак и его товарищи то под парусами, то работая веслами,то впрягаясь в лямки и перетаскивая вельбот с тяжелым грузом через массы льда, добрались через несколько недель (4 августа) до земли Беннетта. Начальник экспедиции в полной мере со всеми делил напряженный сверх меры физический труд. Нередко приходилось добираться с вельбота до берега по ледяной воде вплавь.

Высадились на маленькой отмели. Решили заночевать у самой воды. На другой день у мыса Эммы обнаружили весло и в камнях бутылку с записками, с планом острова,указанием местонахождения хижины Толля. Решили идти к ней прямым путем, по годовалому морскому льду. И в это время начальник экспедиции Колчак провалился под расколовшийся лед. Вода была необычайно холодной, нулевой температуры. Его смогли вытащить, причем с трудом, ибо он от температурного шока терял сознание. Сухой одежды не было. Члены экспедиции раздели его и разделись сами. Они одели его в свое белье, привели в чувство и двинулись дальше. Крутые подъемы и спуски позволили ему разогреться, прийти в норму. Но и это купание, и прочие в несколько лет трудности заполярного путешествия на всю жизнь сказались на состоянии здоровья Колчака.

На земле Беннетта довольно быстро обнаружили следы пребывания барона Толля и его спутников. Нашли бутылку с запиской, документы экспедиции и, наконец, – коллекции, геодезические инструменты и дневник. Выяснилось, что Толль прибыл на остров Беннетта летом 1902 г. и, не имея достаточных запасов провизии, решил заняться охотой и здесь перезимовать. Но охота оказалась неудачной. В октябре стало ясно, что группе грозит голодная смерть. В условиях наступившей зимы Толль и его спутники отправились на юг, в сторону материка. Больше никаких следов группы обнаружить не удалось. Оставленные для нее склады с провизией оказались нетронутыми. Сомнений не оставалось: группа погибла в пути, скорей всего, утонула в еще не полностью замерзшем море.

2 января 1904 г. Академия наук получила телеграмму: «Вверенная мне экспедиция с вельботом и всеми грузами пришла на остров Котельный к Михайлову стану двадцать третьего мая... Найдя документы барона Толля, я вернулся на Михайлов стан двадцать седьмого августа. Из документов видно, что барон Толль находился на этом острове с двадцать первого июля по двадцать шестое октября прошлого года, когда ушел со своей партией обратно на юг... по берегам острова не нашли никаких следов, указывающих на возвращение кого-либо из людей партии барона Толля. К седьмому декабря моя экспедиция, а также и инженера Бруснева, прибыли в Казачье. Все здоровы. Лейтенант Колчак». Поиск группы барона Э.В. Толля был главной задачей экспедиции Колчака. Но вместе с тем она решала и побочные, но тоже важные исследовательские задачи. В частности, Колчаку удалось открыть и описать новые географические объекты, внести уточнения в очертания береговой линии, в характеристики льдообразования. Колчак дал названия горе – Барона Толля, полуострову – Чернышева и др. По прибытии в Иркутск он составил «предварительный отчет начальника экспедиции на землю Беннетт для оказания помощи барону Толлю лейтенанта Колчака», датированный 19 марта 1904 г. Вскоре оно был опубликован. Путешествия и наука могли стать главным поприщем Колчака, и на нем он достиг бы, несомненно, еще больших успехов.

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 5:55 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

За героизм, проявленный в боях в Порт-Артуре, А.В. Колчак был награжден Георгиевским оружием – золотой саблей с надписью «За храбрость». Это была не единственная награда. Еще 15 ноября 1904 г. за «сторожевую службу и охрану прохода в Порт-Артур, обстреляние неприятельских позиций», произведенных во время командования эскадренным миноносцем «Сердитый», он был награжден орденом Св. Анны IV степени с надписью «За храбрость». По возвращении из плена – орденом Св. Станислава II степени с мечами. В 1906 году Колчаку вручили серебряную медаль в память о русско-японской войне, а в 1914 г. – нагрудный знак участника обороны Порт-Артура.

Боевое крещение Колчака состоялось. Состоялось со славою, но с большим ущербом для здоровья. В декабре 1905 г. президент Академии наук Великий князь Константин Константинович писал морскому министру: «Окончание экспедиции лейтенанта Колчака совпало с началом военных действий на Дальнем Востоке, вследствие чего офицер этот счел своею нравственной обязанностью принять участие в войне и отправился с разрешения моего и своего морского начальства прямо из Иркутска на эскадру Тихого океана. Явившись в половине марта 1904 г. в Порт-Артур, он оставался там во все время осады, а после сдачи крепости возвратился через Японию и Канаду в начале июня 1905 г. в С.-Петербург совершенно больным от полученной раны и суставного ревматизма». Президент просил министра вновь прикомандировать лейтенанта к Академии до 1 мая 1906 г. для обработки гидрографических и картографических результатов экспедиции. Высокая оценка президентом Академии личных и научных данных Колчака базировалась не только на собственных умозаключениях, но и на отзывах специалистов. В частности, на оценке результатов последней экспедиции начальником Главного географического управления, который писал: «Между тем материалы охватили работы по описи берегов, промеру, гидрологии сибирских морей, наблюдения над льдом, астрономические и магнитные наблюдения, выполненные во время плавания и санных поездок, и имеют значение как для научных, так и для практических целей полярного плавания, в частности же для исправления на картах контура берегов северо-восточной части Сибирского материка от острова Диксона до устья реки Лены». Просьба президента морским министром была удовлетворена.

Материалы экспедиции были чрезвычайно богаты. Для их обработки понадобились многолетние усилия и русских, и иностранных ученых. Этим занималась специальная комиссия Академии наук (существовала до 1919 г.). Публикация результатов производилась отдельными выпусками, соединяемыми потом в тома. В связи с октябрьскими событиями 1917 года это дело так и не было завершено. А.В. Колчак выполнил основную работу по приведению в порядок материалов двух экспедиций, их обобщению, составлению отчета. Но проделанная работа далеко выходила за рамки отчетов. Обобщения, научные наблюдения позволили создать ряд глубоких научных работ.

Им была написана и опубликована в «Известиях» Академии статья «Последняя экспедиция на остров Беннетта, снаряженная Академией Наук для поисков барона Толля». Немыслимо дерзкая экспедиция А.В.Колчака, совершенная при этом без человеческих потерь, в отзыве академика Ф.Б. Шмидта была расценена, как «необыкновенный и важный географический подвиг, совершение которого было сопряжено с трудом и опасностью». Вместе с тем высоко оценены были и географические открытия и научные достижения. В 1906 г. Императорским географическим обществом А.В. Колчаку была присуждена высшая награда – Большая Константиновская Золотая медаль.

В феврале того же года он избирается действительным членом этого общества. Имя Колчака становится широко известным, и не только в научных кругах. Его именем, как уже говорилось, был назван открытый во время первой экспедиции на северо-востоке Карского моря остров и мыс. Под таким именем они фигурировали и на советских картах, пока, спохватившись, все переименовывавшие советские власти не дали им в 1939 г. имена других участников экспедиции – С.И. Расторгуева и писателя К.К. Случевского. Надо надеяться, что им будет возвращено имя его открывателя, и справедливость восторжествует.

А.В. Колчак составил краткое описание яхты «Заря», детально охарактеризовал ее, как тип корабля, предназначенного для плавания во льдах, но не вполне надежного. В дальнейшем Александр Васильевич обстоятельнее займется теорией и практическими проблемами кораблестроения и в этой сфере деятельности достигнет существенных результатов. Одним из результатов полярных экспедиций и плодом последующей кабинетной работы Колчака явилось издание в 1906-1908 гг. четырех карт. В 1907 г. в переводе Колчака был опубликован труд датского физика и океанографа М.Х. Кнудсена «Таблицы точек замерзания морской воды». В 1909 г. Колчак опубликовал монографию «Лед Карского и Сибирского морей», основанием для которой послужили наблюдения над льдом в Карском и Сибирском морях, а также в районе Ледовитого океана, расположенном к Северу от Новосибирских островов, произведенные русской полярной экспедицией в течение 1900-1903 годов.

А.В. Колчак мечтал об открытии северного морского пути и вносил вклад в его подготовку. Главное гидрографическое управление морского министерства возглавлял генерал-майор А.И. Вилькицкий, являвшийся также полярным исследователем, хорошо знавшим А.В. Колчака. Он рассматривал вопрос об исследовании и открытии Великого Северного пути из Атлантического океана в Тихий океан. Проявлял к этому интерес и Совет Министров России. На заседании Совета Министров 7 апреля 1908 года было признано необходимым «в возможно скором времени связать устья Лены и Колымы с остальными частями нашего Отечества как для оживления этого обширного района Северной Сибири, отрезанного ныне от центра, так и для противодействия экономическому захвату этого края американцами, ежегодно посылающими туда из Аляски свои шхуны для меновой торговли с прибрежным населением».

А.И. Вилькицкий, поддержанный правительством, решил организовать экспедицию и сделал А.В. Колчаку предложение включиться в ее подготовку и быть в числе руководителей. Колчак принял это предложение и вместе со своим помощником, участвовавшим вместе с ним в экспедиции барона Э.В. Толля, Ф.А. Матисеном разработал проект экспедиции. В нем важное место отводилось использованию стальных судов ледокольного типа, причем не таких, как «Ермак». Тот рассчитан был на ломку льда. Но океанский полярный лед никакое судно ломать, колоть было не в состоянии. Целесообразней была конструкция, рассчитанная на раздавливание льда, с использованием для этого веса корабля. Опыт участия в экспедициях, изучение недостатков конструкций яхты «Заря» и «Ермака», построенного по идее и под руководством С.О. Макарова, натолкнули Колчака и его друзей на мысль о постройке кораблей типа»Фрам» Ф. Нансена. Но в противоположность «Фраму» новые корабли должны были иметь стальной корпус. Это была идея того типа ледокола (фактически «ледодава»), которая легла в основу ледокольного флота в последующем и находится на вооружении кораблестроителей и поныне.

Проект Колчака был одобрен. Он добился освобождения в Морском Генштабе и причисления к Главному гидрографическому управлению. К нему все определеннее «прилипало» почтительное призвание «Колчак-полярный».

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 5:57 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Колчак-полярный:

Еще будучи генштабистом и позднее А.В. Колчак исключительно большое внимание уделяет подготовке экспедиции, особенно конструированию и строительству ледокольных судов. По чертежам корабельного инженера Р.А. Матросова, который хорошо воспринял и усвоил изложенную ему идею, на Невском судостроительном заводе в Петербурге были заложены два ледокольных судна – «Таймыр» и «Хатанга», сразу же переименованная в «Вайгач». За их строительством постоянно наблюдал Колчак.

Говоря об участии Колчака в разработке типа ледоколов, в последующем строительстве военных кораблей, следует указать на познания его в технике. Будучи еще кадетом, гардемарином, Колчак много времени проводил на Обуховском заводе, изучал металлургическое дело, технологию, даже освоил специальность слесаря. Приобретенные тогда познания и навыки существенно помогли теперь.
В 1909 г. ледоколы были спущены на воду. Водоизмещение кораблей было одинаковым – по 1200 тонн. «Вайгач», которым предстояло командовать Колчаку, имел длину 54 и ширину 11 метров, скорость 10,5 узла. Корабли были хорошо оборудованы для проведения исследований. Будучи построены военным ведомством, они считались военными, имели на вооружении пушки и пулеметы. Степень надежности, непотопляемости их была небывало высокой, и они долго и надежно служили исследовательским и спасательным целям, позволили сделать крупнейшие открытия. В частности, в 1913 г. капитан 2-го ранга Б.А. Вилькицкий открыл архипелаг Северная земля, а в 1914-1915 гг. был проложен Северный морской путь». «Вайгач» затонул в 1918 г., наскочив на подводную скалу в Енисейском заливе, а «Таймыр» плавал долго, в 1938 г. он участвовал в снятии с льдины полярной станции папанинцев. К сожалению, в советской литературе заслуги Колчака перед Отечеством в создании этих судов и в развитии ледокольного флота вообще замалчивались. Как и другие его заслуги.

К осени 1909 г. корабли были приготовлены к плаванию на Дальний Восток. В смете снаряжений экспедиции Колчак определил ее цели: «Эти транспорты, приняв полный запас угля со специально посланного для этой цели судна, используют навигационный период на гидрографические работы в районе Берингова пролива до устья реки Лены и ко времени прекращения плавания в Ледовитом океане уйдут во Владивосток с тем, чтобы в следующем году продолжать дальнейшие работы по исследованию Северного Ледовитого океана».

27 октября 1909 г. корабли направились из Петербурга через Суэцкий канал во Владивосток («Вайгач» под командой А.В. Колчака и «Таймыр» – Ф.А. Матисена). Уже на пути следования проводились научные наблюдения. 3 июля 1910 года суда прибыли во Владивосток для осуществления плавания в Арктику. Главное гидрографическое управление на навигацию 1910 года поставило ограниченные задачи: пройти в Берингов пролив и обследовать его район, имея основным пунктом для съемок и больших астрономических наблюдений мыс Дежнева, на зимовку вернуться во Владивосток. Главная часть программы откладывалась на весну 1911 г. Задание было частично выполнено, необходимые научно-исследовательские работы в районе мыса, в которых участвовал и Колчак, завершены.

Но Колчака просили приехать в Петербург и продолжить работу в Генеральном штабе по проведению в жизнь судостроительной программы по созданию нового военно-морского флота России. После некоторого колебания Колчак на предложение ответил согласием. Но эта другая, не входящая в наш очерк, но очень важная для России, страница биографии А.В. Колчака.

Экспедиционные работы в следующем году были продолжены без него, но с использованием и его идей, под руководством И.С. Сергеева, затем Б.А. Вилькицого. В 1911-1916 гг. экспедиция изучила наиболее трудный для плавания участок у берегов Таймыра, открыла пролив Б.А. Вилькицкого, Землю императора Николая II остров царевича Алексея ,остров А.И. Вилькицкого и другие, сделала практические шаги по прокладыванию трассы Северного морского пути. Затем этот путь – от Владивостока до Архангельска был проложен. Основные работы были проведены уже под руководством Б.А. Вилькицкого. Хотя многие материалы экспедиции в июле 1918 года при подавлении антибольшевистского выступления в Ярославле погибли, все же оставшаяся их часть использовалась потом при освоении Арктики еще целые десятилетия. Картами и лоциями экспедиции полярники пользовались и в тридцатые годы.

На этом непосредственная, столь плодотворная и значимая деятельность Александра Васильевича Колчака, как полярного путешественника и исследователя, закончилась. Однако мысли о далеком сибирском севере его не оставляли. Он, в частности, в 1912 г. участвовал в обсуждении плана экспедиции Г.Я. Седова к Северному полюсу, указывая на серьезные недостатки. Тогда же – в 1910 г. – задуманное в изучении севера, арктических морей было прервано Колчаком, что называется на полпути из-за не менее важных для страны дел – укрепления ее обороны, флота, предупреждения ее разгрома несравненно более мощным флотом Германии. Тем не менее, и то, что было сделано, заслуживает глубокой благодарности потомков. Академик Ф.Н. Чернышев, участник Шпицбергенской экспедиции, отмечал, что даже «норвежцы не решаются делать такие отважные путешествия, как А.В. Колчак».

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Май 06, 2009 6:02 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Выдающийся Российский полярный исследователь Колчак:

Image

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вс Май 31, 2009 9:15 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Колчак и Тимирева:

Image

Анна Васильевна Тимирева (урожденная Сафонова, во втором замужестве Книпер) Родилась в 1893 г. в Кисловодске. В 1906 г. семья переехала в Петербург, где Анна Васильевна окончила гимназию княгини Оболенской (1911) и занималась рисунком и живописью в частной студии С.М. Зейденберга. Свободно владела французским и немецким.

В 1918–1919 гг. в Омске – переводчица Отдела печати при Управлении делами Совета министров и Верховного правителя; работала в мастерской по шитью белья и на раздаче пищи больным и раненым воинам. Самоарестовалась вместе с Колчаком в январе 1920 г., освобождена в том же году по октябрьской амнистии и в мае 1921-го вторично арестована.

Находилась в тюрьмах Иркутска и Новониколаевска, освобождена летом 1922 г. в Москве из Бутырской тюрьмы. В 1925 г. арестована и административно выслана из Москвы на три года, жила в Тарусе. В четвертый раз взята в апреле 1935 г., в мае получила по статье 58 п. 10 пять лет лагерей, которые через три месяца при пересмотре дела заменены ограничением проживания ("минус 15") на три года. Возвращена из Забайкальского лагеря, где начала отбывать срок, жила в Вышнем Волочке, Верее, Малоярославце.

25 марта 1938 г., за несколько дней до окончания срока "минуса", арестована в Малоярославце и в апреле 1939-го осуждена по прежней статье на восемь лет лагерей; в Карагандинских лагерях была сначала на общих работах, потом – художницей клуба Бурминского отделения. После освобождения жила за 100-м километром от Москвы (станция Завидово Октябрьской железной дороги). Тогда же арестовали и ее 24-летнего сына от брака с Тимиревым ― Володю, талантливого художника. Он был осужден по 58-й статье и расстрелян 17 мая 1938 года. Реабилитирован в 1957 году.

21 декабря 1949 г. арестована в Щербакове как повторница без предъявления нового обвинения. Десять месяцев провела в тюрьме Ярославля и в октябре 1950 г. отправлена этапом в Енисейск до особого распоряжения; ссылка снята в 1954-м. Затем в "минусе" до 1960 г. (Рыбинск). В промежутках между арестами работала библиотекарем, архивариусом, дошкольным воспитателем, чертежником, ретушером, картографом (Москва), членом артели вышивальщиц (Таруса), инструктором по росписи игрушек (Завидово), маляром (в енисейской ссылке), бутафором и художником в театре (Рыбинск); подолгу оставалась безработной или перебивалась случайными заработками. Реабилитирована в марте 1960 г., с сентября того же года на пенсии.

В 1911–1918 гг. замужем за С.Н. Тимиревым. Замужем за В.К. Книпером с 1922 г.; до получения ответа прокурора о гибели и реабилитации сына (1956), В.С. Тимирева, носила двойную фамилию.

Анна Тимирева и Александр Колчак познакомились в 1915 году в Гельсингфорсе, куда перевели из Петрограда ее мужа, капитана I ранга Сергея Тимирева. Первая встреча – в доме контр-адмирала Николая Подгурского, общего знакомого Колчака и Тимирева, – оказалась фатальной. «Нас несло, как на гребне волны», – писала Тимирева впоследствии.

Она вспоминала: «Мы жили в Петрограде, ему пришлось ехать в Гельсингфорс. Когда я провожала его на вокзале, мимо нас стремительно прошел невысокий, широкоплечий офицер. Муж сказал мне: «Ты знаешь, кто это? Это Колчак-Полярный. Он недавно вернулся из северной экспедиции». У меня осталось только впечатление стремительной походки, энергичного шага».Она первой призналась ему в любви: «Я сказала ему, что люблю его». И он, уже давно и, как ему казалось, безнадежно влюбленный, ответил: «Я не говорил вам, что люблю вас. Я вас больше чем люблю».

Ей было 22 года, ему – 41 и к моменту их встречи Колчак успел исследовать воды четырех океанов и двадцати морей, объехал (первый раз) вокруг Земли, выпустил две книги, заслужил ряд русских и иностранных орденов. Между их первой встречей и последней – пять лет. Бoльшую часть этого времени они жили порознь, у каждого – своя семья. Месяцами и даже годами не виделись. Окончательно решив соединиться с Колчаком, Тимирева объявила мужу о своем намерении «всегда быть вблизи Александра Васильевича». В августе 1918 года постановлением Владивостокской консистории она была официально разведена с мужем и после этого считала себя женой Колчака.

«Я была арестована в поезде адмирала Колчака и вместе с ним. Мне было тогда 26 лет, я любила его и была с ним близка и не могла оставить его в последние годы его жизни. Вот, в сущности, и все. Я никогда не была политической фигурой, и ко мне лично никаких обвинений не предъявлялось», – писала Анна Васильевна в своих заявлениях о реабилитации.

За несколько часов до расстрела Колчак написал Анне Васильевне записку, так до нее и не дошедшую: «Дорогая голубка моя, я получил твою записку, спасибо за твою ласку и заботы обо мне... Не беспокойся обо мне. Я чувствую себя лучше, мои простуды проходят. Думаю, что перевод в другую камеру невозможен. Я думаю только о тебе и твоей участи... О себе не беспокоюсь – все известно заранее. За каждым моим шагом следят, и мне очень трудно писать... Пиши мне. Твои записки – единственная радость, какую я могу иметь. Я молюсь за тебя и преклоняюсь перед твоим самопожертвованием. Милая, обожаемая моя, не беспокойся за меня и сохрани себя... До свидания, целую твои руки».

После освобождения жила в Рыбинске, работала художником в местном театре, а в 1960 году, после реабилитации, поселилась в Москве. Умерла 31 января 1975 года.

После смерти адмирала Анна Васильевна провела в тюрьмах, лагерях, ссылках и «минусах» в общей сложности около тридцати лет. Ее реабилитировали в 1960 году. Она умерла на восемьдесят втором году жизни, оставив стопку исписанных тетрадок и часть уцелевших, перечитанных сотни раз, писем.

Image
Интересный факт: о культуре и этикете в совдепии: в середине 1960-х, большую часть жизни, проведя в лагерях, Анна Тимирева работала консультантом по этикету на съемках фильма "Война и мир".... Своих не было...

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июн 02, 2009 8:11 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

После окончания корпуса Колчак вскоре начал всерьез заниматься наукой. "Я готовился к южно-полярной экспедиции, - говорил он на допросе через два десятка лет. - У меня была мечта найти южный полюс, но я так и не попал в плавание на южном океане". Осенью 1899 года, совершенно неожиданно для себя, Колчак получил предложение Эдуарда Толля - принять участие в плавании на "Заре", в Первой русской полярной экспедиции. И без раздумий согласился, конечно.

В экспедициях, как известно, люди познаются быстро. Во время двухлетнего плавания на "Заре", во время зимовок и санных путешествий, у Толля вполне сложилось мнение о Колчаке. Здесь уместно подчеркнуть несколько штрихов - привести несколько выдержек из дневника начальника экспедиции.

"Наш гидрограф Колчак не только лучший офицер, но он также любовно предан своей гидрологии, - писал Толль во время плавания. - Эта научная работа выполнялась им с большой энергией, несмотря на трудность соединить обязанности морского офицера с деятельностью ученого".

А в дневнике санного путешествия, оставшись один на один с Александром Васильевичем, Толль записывал: "Колчак пребывал в трудовом экстазе,... гидролог бодрее и сохранил достаточно энергии, чтобы дойти сюда, в то время как я готов был сделать привал в любом месте".
Главной целью экспедиции Толля был поиск неведомой Земли Санникова, которую с начала XIX века наносили на картах к северу от Новосибирских островов. Однако поиски таинственной Земли с борта судна закончились, к сожалению, безрезультатно из-за частых туманов и сложной ледовой обстановки. Но Толль ни за что не хотел отступать.

Весной 1902 года он решился на отчаянный шаг. Во главе маленького отряда - всего из 4 человек - он уходит к острову Беннетта. Может быть оттуда - с высоких ледяных куполов - ему все же удастся увидеть желанную Землю? Хотя бы увидеть!

Отряд Толля, согласно договоренности, должен был до наступления морозов возвратиться на Новосибирские острова - там его поджидала вспомогательная партия. Но в конце декабря, когда все остальные участники экспедиции уже вернулись в Петербург, никаких известий от Толля еще не было. Судьба отряда не могла не тревожить, все понимали - нужна помощь. Предлагалось летом вновь направить шхуну к острову Беннетта, но уголь на "Заре" фактически кончился еще во время второй навигации, и доставить его в бухту Тикси, где зимовала "Заря", было невозможно.

Положение казалось совершенно безвыходным, но Колчак предложил до безумия смелый план - отправиться к острову Беннетта... на простом весельном вельботе.

Позднее на допросе Колчак вспоминал: "Предприятие это было такого же порядка, как и предприятие барона Толля, но другого выхода не было. Когда я предложил этот план, мои спутники отнеслись к нему чрезвычайно скептически... Но когда я предложил взяться сам за выполнение этого предприятия, то Академия Наук дала мне средства и согласилась предоставить возможность выполнить этот план так, как я нахожу нужным".

В Архангельском областном архиве мне удалось обнаружить рапорт уездного исправника о приезде в Мезень Колчака, который отбирал тогда привычных ко льдам мезенских поморов для своей экспедиции. Этот рапорт тоже своеобразный штрих. Судите сами, от Архангельска до Мезени более двух сотен верст, на перекладных - дорога изматывающая. Но Колчак, приехав в Мезень в 9 часов вечера и коротко переговорив с поморами, уже через три часа выезжает в Долгощелье - еще полсотни верст. Здесь тоже короткое совещание, и сразу же в обратную дорогу. За двое суток Колчак и не спал, кажется. Напористость его, быстрая и решительная распорядительность производят большое впечатление.

Надо отметить еще один штрих - познакомившись с поморами, Колчак отобрал только холостых - пусть и менее опытных: Михаила Рогачева, Алексея Дорофеева, Илью Инькова и Алексея Олупкина. Все они понимали, на что идут; понимали, что экспедиция совершенно необычная - ведь никто и никогда не отваживался плавать на шлюпке по Ледовитому океану. Риск, конечно, был чрезвычайно велик.

Колчак, кстати сказать, собирался жениться сразу после плавания на "Заре". Невеста - Софья Федоровна Омирова - ожидала его три года. Но теперь свадьба была вновь отложена: "Не сердись, Сонечка. Вот вернусь...". Наверное, думалось порой и другое - "если вернусь".

В середине мая весь состав экспедиции собрался на мысе Святой нос: поморы, восемь каюров - якутов и тунгусов, боцман "Зари" Бегичев и матрос "Зари" Железников. А кроме того полторы сотни ездовых собак с десятью нартами

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Вт Июн 02, 2009 8:13 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Вельбот, поставленный на две нарты, конечно сильно затруднял движение отряда. "Торос, местами очень серьезный для обыкновенных нарт, заставлял нас постоянно останавливаться, рубить дорогу для вельбота и общими силами перетаскивать 36-ти пудовую шлюпку через хаотически нагроможденные холмы ледяных глыб и обломков", - писал Колчак. Собаки еле брели, поэтому всем без исключения пришлось впрягаться в лямки.

Только 23 мая после изматывающего перехода - более 500 верст по тяжелым всторошенным льдам - экспедиция достигла острова Котельный. Но здесь пришлось дожидаться вскрытия льдов, а заодно отдохнуть, убить медведя и насолить рыбы.

Ледовая обстановка в 1903 году была опять тяжелой, и почти два месяца они тщетно дожидались вскрытия льдов.

Позднее в своем отчете Колчак напишет: "18 июля лед при крепком ветре, доходившим до степени шторма, стал отходить от берегов, и мы немедленно нагрузили вельбот, поставили паруса и пошли вдоль южного берега острова Котельного, ... вдоль южного берега Земли Бунге к Фаддеевскому острову и вдоль берегов последнего к мысу Благовещенья, с которого я предполагал перебраться через Благовещенский пролив на Новую Сибирь к мысу Высокому... Мне никогда не приходилось видеть такой массы снега во время арктического лета; снег шел не переставая, густыми хлопьями заваливая все на вельботе мягким влажным покровом, который таял в течение дня, вымачивая нас хуже дождя и заставляя испытывать ощущение холода сильнее, чем в сухие морозные дни. Время от времени для отдыха и чтобы согреться мы предпринимали высадку не берег. Найти проход в ледяном вале, мы входили в тихую, точно в озере, полосу воды шириной иногда около кабельтова (около 200 метров), и сейчас же садились на мель. Приходилось вылезать всем в воду и тащить, насколько хватало сил, вельбот ближе к берегу; затем мы переносили палатку и необходимые вещи на берег, разводили костер из плавника, отдыхали, а затем принимались снова бродить по ледяной воде, пока не удавалось вытащить вельбот на глубокое место, где мы ставили паруса и отправлялись дальше".

Человеку, не знакомому с Арктикой, трудно вообразить все тяготы пути, которые пришлось претерпеть спасательному отряду.

"Наше плавание вдоль берегов Фаддеевского острова, - писал Колчак, - продолжалось при той же снежной погоде, придавшей совершенной зимний вид берегам и тундре этого острова. Высадки наши на берега были еще затруднительнее, чем на Земле Бунге - шлюпка садилась на мель чуть не в полутора-двух кабельтов от берега, и, чтобы выбраться на него, приходилось совершать путешествие по вязкому илу, под которым часто встречалось ледяное дно. Эти путешествия всегда кончались невольными купаньями, а отсутствие запасов одежды ставило нас в крайне неприятное положение все время находиться в сыром платье, что при температурах около 0 градуса было временами очень тягостно".

С того времени и до самой кончины, кажется, Колчака постоянно мучили ревматические боли, вызванные долгим пребыванием в холодной воде, но он всегда старался забыть о болезнях...

Только через несколько дней на прояснившемся горизонте вырисовались черные, отвесно спускающиеся в море скалы острова Беннетта, испещренные полосами и пятнами снега и льдов. "Ветер стих, - писал Колчак, - мы убрали паруса и на веслах стали пробираться между льдинами".

Бегичев еще с моря заметил сложенный из камней гурий, увенчанный бревном плавника, а уже высадившись, обнаружили у гурия следы костра, оленьи кости, облезлую медвежью шкуру, пустые гильзы... Однако поиски пришлось отложить - все были настолько измотаны, что вытащив вельбот на берег, сразу же, даже не поев, повалились спать.

На следующий день у мыса Эммы обнаружили в гурии три записки, упрятанные в бутылке. Хижина Толля, судя по чертежу, находилась на противоположном - восточном - побережье острова. Идти туда по фирновому леднику, обрывающемуся в море двадцати-тридцатиметровой стеной, было и трудно, и опасно. Поэтому решили спуститься на морской лед и идти напрямик к мысу, где по чертежу была обозначена хижина.

"Я шел передом, - пишет в своем дневнике Бегичев, - увидел впереди трещину, с разбегу перепрыгнул ее. Колчак тоже разбежался и прыгнул, но попал прямо в середину трещины и скрылся под водой. Я бросился к нему, но его не было видно. Потом показалась его ветряная рубашка, я схватил его за нее и вытащил на лед... Но это было недостаточно - под ним опять подломился лед, и он совершенно погрузился в воду и стал тонуть. Я быстро схватил его за голову, вытащил еле живого на лед и осторожно перенес... к берегу. Положил на камни и стал звать Инькова, который стоит возле трещины и кричит: "Утонул, утонул!" - совершенно растерялся. Я крикнул ему: "Перестань орать, иди ко мне!". Мы сняли с Колчака сапоги и всю одежду. Потом я снял с себя егерское белье и стал одевать на Колчака. Оказалось, он еще живой. Я закурил трубку и дал ему в рот. Он пришел в себя. Я стал ему говорить - может, он с Иньковым вернется назад в палатку, а я один пойду. Но он сказал: "От тебя не отстану, тоже пойду с тобой". Я пошел по камням, были крутые подъемы и спуски. Он совершенно согрелся и благодарил меня, сказал - "в жизни никогда этого случая не забуду".

Сам Колчак - тоже штрих к портрету! - пишет об этом инциденте предельно кратко: "Эта попытка обошлась мне очень дорого ввиду порчи единственного анероида, с которым я провалился под лед и, таки образом, был лишен возможности как следует определить высоты на ледниках".

В маленьком домике-поварне, сложенном из камней и плавника, спасательный отряд обнаружил ящики с геологической коллекцией, обнаружил фотоаппарат, инструменты, приборы и записку Толля, кончавшуюся словами: "Отправляюсь сегодня на юг. Провизии имеем на 14-20 дней. Все здоровы. 76 град. 38 мин. с.ш., 149 град. 42 мин. в.д. Э.Толль. Губа Павла Кеппена, остров Беннетта. 26.10/08.11/1902г.". Трудно понять, конечно, почему только поздней осенью, во мраке полярной ночи, Толль решился идти к Новосибирским островам. Ведь на пути к ним лежала коварная сибирская полынья - хаос снежуры и мелкобитых льдин, где нельзя ни идти, ни плыть на каяках. Толль и его спутники были, фактически, обречены. А Колчак со своей стороны, сделал, конечно, все, что мог, как и товарищи его - сделали все, что могли. Впрягшись в лямки, тащили они вельбот, или лавировали в хаосе льдин, грозивших раздавить утлое суденышко. Случалось - ночевали тут же, на льдинах. Случалось - жили в впроголодь, ведь фактически восемь месяцев они питались только тем, что удавалось добыть охотой или ловлей рыбы.

"Все спутники мои остались живы, - с гордостью скажет Колчак . И повторит, подчеркнув, - мы вернулись все, не потеряв ни одного человека".

Этим, действительно, можно было гордиться.

Академик Ф.Н.Чернышев, немало поработавший на Севере, подводя итоги экспедиции говорил: "Даже норвежцы не решаются делать такие отважные путешествия, как Александр Васильевич Колчак". Позже Географическое общество наградит Колчака Большой золотой (Константиновской) медалью, поставив молодого лейтенанта в один ряд с такими корифеями, как Нансен, Пржевальский, Норденшельд. Спасательная экспедиция на остров Беннетта будет отмечена как "выдающийся и сопряженный с трудом и опасностью географический подвиг". А Колчак, как итог экспедиций своих, напишет замечательную книгу: "Лед Карского и Сибирского морей".

Фактически, это первая научная монография по гидрологии Северного Ледовитого океана, но и сейчас, пожалуй, она остается одной из лучших книг о полярных водах и льдах. Колчак впервые дал физическое объяснение Великой Сибирской полыньи; впервые предсказал, что кроме выносного дрейфа льдов, открытого Фритьофом Нансеном, в Ледовитом океане - между полюсом и Канадским архипелагом - существует замкнутый антициклонический круговорот. Научные идеи Колчака намного опередили время, но даже в науке (и до сих пор) имя его искусственно забыто, хотя советские океанографы нередко использовали, как свои, мысли и теории Колчака. И теперь - через девять десятков лет - вновь и вновь листая страницы его трудов, написанных предельно ясно, невольно думаешь, что именно наука была, наверное, настоящим призванием Колчака, Что ж, может быть. Но двадцатый век начался для него с войны - о нападении японцев на Порт-Артур Колчак узнал в Якутске.

Экспедиция была предельно тяжелой, он устал, конечно. Но никаких сомнений у Александра Васильевича не было - место его на фронте!

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Сб Июл 18, 2009 7:07 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Господа, сегодня памятная дата: день рождения Анны Тимиревой, о которой я уже писал достаточно подробно в данной теме. Вечная память. Жаль, что красная мразь победила. Все могло быть иначе.

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
marquis
прапорщик


Зарегистрирован: 08.01.2009
Сообщения: 755

СообщениеДобавлено: Вт Сен 15, 2009 10:01 am Ответить с цитатойВернуться к началу

Памятный знак Александру Колчаку /1874-1920/ - полярному исследователю и одному из лидеров «Белого движения» - установлен на арктическом острове его имени в Карском море, сообщила пресс-секретарь Северного управления по гидрометеорологии и мониторингу окружающей среды (Севгидромет) Татьяна Сухановская.
http://www.vz.ru/news/2009/9/14/327340.html

_________________
На все их вопросы
Един наш ответ:
У нас есть "Максим"
У них его нет.
(с) Британское колониальное творчество
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Дроздовский
Администратор


Зарегистрирован: 21.02.2009
Сообщения: 5839
Откуда: Москва

СообщениеДобавлено: Ср Окт 21, 2009 11:12 am Ответить с цитатойВернуться к началу

СОФЬЯ:

Image

1903 год, село Казачье. После трех лет, не считая небольшого перерыва, проведенных в ледяной пустыне Арктики, сиротливая, заснеженная кучка домов на реке Яне в полусотне верст от Иркутска выглядит краем обетованным, дивным оплотом цивилизации. Здесь живут не каюры, не поморы и не якуты, а сибирские казаки самой что ни на есть русской крови, водятся кони, а не олени. Впрочем, с десяток оленьих упряжек все же стоят у лучшей избы. “Это якуты городскую барышню привезли”, — внесла ясность местная старуха. “Что еще за барышня?”, — удивился начальник экспедиции, Александр Васильевич Колчак. “Обыкновенная барышня, Софьей Федоровной величают. Из самого Петербурга приехала, привезла ящики в едой для каких-то людей. Которые должны придти с севера. Это не вы ли будете?”.

Не может быть, Соня! Да как она здесь? Три года назад они расстались в Петербурге женихом и невестой. Их, не без умысла, познакомили родители Колчака. Софья Омирова — выпускница Смольненского института благородных девиц, круглая сирота, поражала самостоятельностью и не по-женски железной волей. Она ничуть не стеснялась своего очень скромного, темненького учительского платья, да что там! даже гордилась, что сама зарабатывает себе на кусок хлеба, преподавая сразу пять иностранных языков — от итальянского до польского. Они могли бы пожениться сразу, да перед Сашей, истосковавшимся на военных судах в мирное время (с утра до вечера — муштра нижних чинов, с вечера до утра — покер в кают компании, единственная отдушина — самообразование: гидрология, магнитология, история морских сражений и рискованных путешествий, и даже китайский язык), только-только замаячила перспектива настоящего приключения — на его запрос в Географическое Общество пришел ответ: барон Толль, собиравшийся на поиски земли Санникова, согласился взять Сашу с собой. Свадьбу решено было отложить до окончания экспедиции.

Три года назад он, двадцатишестилетний лейтенант, еще в глаза не видавший Арктики, в новеньком черном с золотом мундире, при кортике и при усах, рассказывал невесте о доселе непокоренной земле, которую еще в 1809 году с самой северной точки Евразии — мыса Челюскина — увидел за морем, на самом горизонте, купец Яков Санников. Соня слушала, и от жгучего интереса у нее расширялись зрачки. Какими-то глазами она станет смотреть на него теперь? Половины зубов не хватает, суставы уродливо распухли, кожа задубела и потрескалась, глаза слезятся, душит тяжелый кашель… Дорого дались участникам экспедиции поиски земли Санникова, которой, может, и не было никогда!

Колчак вспомнил, как почти двумя годами ранее смотрел в спины уходящим в буран товарищам — начальнику экспедиции барону Толлю, магнитологу Зебергу и еще двум каюрам, умевшим безошибочно находить безопасный путь по годовалому льду. После бесцельных и бесконечных одиннадцати месяцев на затертой льдами шхуне “Заря” решено было разделить экспедицию. Барон Толль со спутниками пешком отправился к острову Беннета — считалось, что оттуда до земли Санникова рукой подать! Остальным предписывалось спасать шхуну. Колчак должен был попасть в первую группу, да заболел. И ведь целый год ничего с ним не случалось, хотя, бывало, и спал в сыром мешке на снегу, и сорок дней подряд в лютый холод тянул лямку нарт, заглушая голод курением трубки — вдвоем с Толлем они прошли 500 верст по Таймыру к фиорду Гафнера… А тут вдруг, залатывая очередную течь в трюме (глыбы льда то и хорошо пропарывали шхуну насквозь), в который уж раз вымочил ноги, и на тебе: воспаление надкостницы челюсти, страшный жар. Пришлось остаться на “Заре”. Вот уж, воистину, неисповедимы пути Господни! Эта болезнь, от которой Колчак чуть не умер, на самом деле спасла его — ведь из тех, кто ушел с Толлем со шхуны, живым не вернулся ни один! И спасательная экспедиция, спешно организованная Колчаком сразу по возвращении на Большую землю, ничего не дала, кроме спасения дневников и гидрологических коллекций Толля.

Эта, вторая экспедиция, оказалась еще потяжелее первой! Чтобы снова не застрять во льдах, в Ледовитый океан вышли на легкой шлюпке. Ее перетаскивали на нардах по льду от полыньи до полыньи. От сияния солнца, тысячекратно усиленного ледяным отражением, глаза болели нестерпимо. Якутские собаки — и те падали замертво с высунутыми языками! А люди дошли до самого острова Беннета, и живыми вернулись обратно. Однажды Колчак провалился в полынью и с головой ушел под ледяную воду. Его спасла лишь раздувшаяся одежда, за которую спутники сумели его в последний момент ухватить. “Не хотелось бы сгинуть подо льдом, не дослужившись хотя бы до старшего лейтенанта”, — шутил Колчак. Шутки шутками, а это купание превратило двадцатидевятилетнего Колчака в пожизненно больного человека…

Что же он, нынешний, сможет дать своей невесте? Ведь, если честно, за все эти три года Саша за неимением времени о ней почти не вспоминал — разве что, когда нужно было дать назвать остров в архипелаге Литке, или мыс на острове Беннета (оба носят имя Софьи). А она, вот, видно, не забыла… Пока Колчак думал обо всем этом, прибежала Соня, смешная и неповоротливая, как медвежонок, в своих двух шубах и валенках. И все сразу стало просто, понятно и весело. Через несколько недель, 5 марта 1904 года, он поженились в Иркутске, в Михайло-Архангельской церкви. А еще через несколько дней молодая жена отправилась на запад, в Петербург, а муж — на восток, в Порт-Артур, на русско-японскую войну.

Эта война, крайне неудачная ля России, зажгла персональную звезду морского офицера Колчака. Теперь к его славе полярника добавилась и еще более громкая — военная. Шесть месяцев Александр Васильевич участвовал в морских боях — потопил один японский крейсер и четыре транспорта с грузом и войсками. Затем, когда из Петербурга пришел приказ свернуть войну на море и отойти в крепость командовал батареей морских орудий в Порт-Артуре. Был ранен, но в итоге свалился от суставного ревматизма пополам с обострением хронического воспаления легких — что поделать, наследие Арктики… Госпиталь, где в горячечном бреду лежал Колчак, захватили в плен японцы. Раненых русских подлечили и … отправили через Америку домой, в Россию.

Это был какой-то рок! С тех пор, как хорват Булюбаш Колчак, губернатор турецкой крепости Хотина, отвоевав с русскими более двадцати лет, попал к ним в плен в 1739 году и осел в Петербурге, чуть не все мужчины рода становились профессиональными военными, и рано или поздно переживали плен. Василий Иванович Колчак, отец Саши, даже написал книгу “О войне и плене” — после того, как сам был взят тяжело раненным на Малаховом кургане. И даже сын Александра Колчака, Ростислав, мобилизованный во французскую армию на вторую мировую войну, попал к немцам в 1940 году — к счастью, сумел вернуться.

Собственный детей Колчак почти не знал — он и дома-то почти не бывал. Когда Софья родила первую девочку (та не прожила и месяца) — воевал с японцами. Когда на свет вот-вот должен был появился Ростислав — ушел в очередную полярную экспедицию. Еще одна, последняя дочь — Маргарита — родилась на дивизионной базе в Либаве — Колчак в те дни дневал и ночевал на корабле, подготовка к войне с Германией отнимала все силы и время. Когда в 1914 году к Либаве подошли немцы, семьи офицеров вынуждены были бежать. Софье Федоровне удалось захватить только два-три чемодана, остальное имущество Колчаков так и кануло в водовороте войны. Двухлетняя Маргарита, простудившись во время бегства, сгорела с считанные недели. Словом, Колчак получал кресты за героизм, а его жена ставила кресты на кладбище.

Это был классический брак по переписке. Все письма жены, неизменно начинающиеся со слов: “Дорогой мой, Сашенька” и заканчивающиеся словами: “любящая тебя Соня”, Александр Васильевич всюду возил с собой. В конце концов пачки эти оказались в секретных папках у чекистов — милые пустяки вроде: “У нас тут все по старому. У Славушки прорезались 2 коренных зуба. Я купила ему щеточку, и он усердно чистит зубы себе”… И все же своей настоящей семьей Колчак считал именно Соню и детей, а не ту женщину, которую по-настоящему любил и с которой прожил целый год под одной крышей — такое счастье и не снилось бедной Соне…

_________________
"У меня с большевиками основное разногласие по аграрному вопросу: они хотят меня в эту землю закопать, а я не хочу чтобы они по ней ходили".

Генерал-майор Михаил Гордеевич Дроздовский.
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Показать сообщения:      
Начать новую темуОтветить на тему


 Перейти:   



Следующая тема
Предыдущая тема
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Powered by phpBB © 2001, 2002 phpBB Group :: FI Theme :: Часовой пояс: GMT + 4
Русская поддержка phpBB