Список форумов belrussia.ru  
 На сайт  • FAQ  •  Поиск  •  Пользователи  •  Группы   •  Регистрация  •  Профиль  •  Войти и проверить личные сообщения  •  Вход
 Антисемитизм и сионизм Следующая тема
Предыдущая тема
Начать новую темуОтветить на тему
Автор Сообщение
Bartosh
рядовой


Зарегистрирован: 05.02.2017
Сообщения: 3
Откуда: Ростов-на-Дону

СообщениеДобавлено: Вс Фев 05, 2017 4:34 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Да... перечитываю информацию в ветке (многую из которой знал, просто читал давно)... и понимаю, что до сих пор не видно этому кошмару ни конца ни края, а переименованные и названные в честь упырей города, поселки, улицы, районы, так и будут резать слух ,памятники упырей терзать глаз, а форма русской армии так и будет носить их символы, еще неизвестно сколь долгое время и не видно этой преемственности власти ни конца ни края......
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
igorigor
старший унтер-офицер


Зарегистрирован: 19.12.2009
Сообщения: 310

СообщениеДобавлено: Вс Фев 05, 2017 7:56 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Bartosh писал(а):
Здесь в начале темы многие писали мол вопрос можно ли назвать революцию "еврейской"? Вот из-за этой наивности некоторой части Русского народа была проиграна Гражданская война и отдана страна зверям на поругание! Посмотрите на первый состав советского правительства, комиссаров, вплоть до местячковых должностей! А вся символика революции пронизанная еврейством. Я ничего не буду конкретизировать, т. к. господин Монархист здесь в теме все грамотно и подробно описывает, чего я делать не умею и за что ему Спасибо! А лишь выражу свое мнение, о вопросе. Да, считаю (несмотря на то, что встречал положительных людей этой национальности). что в целом роль еврейского народа для нашей многострадальной Родины крайне негативна, а иначе как еврейским октябрьский переворот, даже при неглубоком рассмотрении, не назовешь! Очень жаль, что многие наши соотечественники никогда об этом не узнают и даже не задумаются, а до сих пор так и будут говорить о "справедливом гневе" крестьян и рабочих!

Совершенно согласен, хотя этот вывод выдержан в очень в мягких тонах,.. а что касается "многие наши соотечественники никогда об этом не узнают и даже не задумаются", то так и есть - оно им и не надо, а подавляющее большинство, таковых, просто вообще не поймет о чем идет речь. У таких на всё один стандартный ответ -"не помню и не знаю". Таких я признаю за генетический мусор и биоудобрения, да не покажется всем такой вывод ужасным. Ужаснее то, что за таких "потомков" сложили голову десятки млн. их предков, самых достойных и дееспособных в нашей трагической истории.

_________________
"Демократия – это власть подонков" Альфред НОБЕЛЬ
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Монархист
Администратор


Зарегистрирован: 14.05.2009
Сообщения: 4817

СообщениеДобавлено: Вс Фев 12, 2017 3:00 am Ответить с цитатойВернуться к началу

igorigor писал(а):
У таких на всё один стандартный ответ -"не помню и не знаю". Таких я признаю за генетический мусор и биоудобрения

Здесь следует чётко различать два типа людей.

У нас в стране, к сожалению, немало людей, которые поставлены на грань выживания или около того, людей, у которых все силы и время уходят на то, чтобы раздобыть средства существования для себя и своей семьи. Это сделано, конечно, намерено. Было бы несправедливо обвинять таких людей в том, что им не до рассуждений о высоких материях. Кроме того, на них действует гос. пропаганда, целая система оболванивания и невнятная, мягко говоря, система образования. Т. е. все условия созданы для того, чтобы усложнить человеку процесс обретения истины. Это, повторюсь, сделано намерено.

Совсем другое дело люди, которые встают на путь русофобии и ненависти к исторической России сознательно и целенаправленно. Это разного рода леваки и им подобные. В частности, все те, кто лжёт и клевещет на Российскую Империю и лезет из кожи вон пытаясь защитить и оправдать преступную, людоедскую и человеконенавистническую сатанинскую большевистскую власть. Но про этих ещё Сам Спаситель говорил - "ваш отец дьявол" и т. д.

_________________
"С твердой верою в милость Божию
и с непоколебимой уверенностью в конечной победе
будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца
и не посрамим земли Русской" Николай
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Монархист
Администратор


Зарегистрирован: 14.05.2009
Сообщения: 4817

СообщениеДобавлено: Вс Фев 12, 2017 3:27 am Ответить с цитатойВернуться к началу

Из дневника Мозгового:
Цитата:
Убийства писателей, священников и депутатов – это вовсе не «агония киевской хунты» и не «злоба украинских националистов», как преподносят СМИ. Это еврейский террор после победившей в Украине еврейской революции. Такой же, как в 17-м

Цитата:
В войска и МВД фактически введена структура еврейских комиссаров и карательных отрядов, как в Гражданскую. Они расстреливают солдат, отказавшихся стрелять в ополчение, стоят в заградотрядах, уничтожая отступающие подразделения

_________________
"С твердой верою в милость Божию
и с непоколебимой уверенностью в конечной победе
будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца
и не посрамим земли Русской" Николай
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
igorigor
старший унтер-офицер


Зарегистрирован: 19.12.2009
Сообщения: 310

СообщениеДобавлено: Вс Фев 12, 2017 5:03 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

"Еврейские политики Украины и их СМИ делают дебильные заявления от имени украинского народа, выставляя украинцев дураками. Еврейские СМИ в России подхватывают эту глупость и провокацию против украинцев, вызывая смех у российской аудитории.
Недобрый смех ожесточает. Глумление и смех над украинцами не дает увидеть трагедию лишенного голоса украинского народа. И точно так же еврейские шоумены глумятся над Россией и русскими в украинских СМИ. Они за нас все решили – мы должны смеяться и убивать друг друга." А.Б. Мозговой

_________________
"Демократия – это власть подонков" Альфред НОБЕЛЬ
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Монархист
Администратор


Зарегистрирован: 14.05.2009
Сообщения: 4817

СообщениеДобавлено: Вс Мар 05, 2017 1:08 am Ответить с цитатойВернуться к началу

Цитата:
Весь «антисемитизм» Шафаревича, которым его позднее десятилетиями третировала либеральная критика, состоял в том, что он констатировал: социальная механика «малого народа» в ХХ веке приводилась в действие прежде всего этнической энергией еврейского национализма.

В первой половине ХХ века евреи ради разрушения черты оседлости и создания своего мира шли в революцию, во второй половине ради своего воссоединения с Израилем шли в диссидентщину. Но и в том, и в другом случае еврейский национальный порыв обретал формы характерной для «малого народа» ожесточенной ненависти к большому.

Подборка цитат, сделанная Шафаревичем из Бабеля, Багрицкого, многих других светочей местечково-революционной культуры, стала классической и кочует из книги в книгу. Пример Шафаревича явно подвиг Александра Солженицына на его фундаментальный труд «Двести лет вместе» (по сути – «Архипелаг ГУЛАГ» – 2: и по размаху, и по методу, и по общественному значению).

Понятно, что Шафаревичу достались мегаваттные разряды ненависти, вплоть до того, что американская Национальная академия наук в 1992 году потребовала от него добровольно самоотчислиться, чтобы не марать ее своим антисемитизмом (к чести нашей РАН, так прогнуть ее на предмет Шафаревича не посмели ни коммунисты, ни либералы).

Но, если вдуматься, концепция Шафаревича не возводит на еврейский народ обвинение в русофобии, а снимает его. Да, Шафаревич приводит ярчайшие примеры иудейской ксенофобии с ветхозаветных и талмудических времен. Да, он приводит ярчайшие примеры еврейской революционной и интеллигентской русофобии в ХХ веке. Но из его концепции следует, что до начала ХХ века евреи спокойно себе жили без русофобии, никакой генетической ненависти к русским у них не было.

В концепции Шафаревича энергия освобожденного из гетто еврейства столкнулась с социальными формами революционного «малого народа» и заполнила в нем практически все свободные места.

Яков Алтаузен не потому предлагал в своих стихах Минина расплавить, что евреи якобы испокон веков ненавидят русских, а потому, что ненавидящая русских социальная форма была заполнена такими Алтаузенами. Но не только, конечно – там же имелись красный недоскоморох Ефим Придворов, который Демьян Бедный, или историк-марксист Михаил Покровский, оба чистейшие русаки, вклад которых в формирование советского русофобского дискурса был огромен

vk.com/wall-57424472_135532

_________________
"С твердой верою в милость Божию
и с непоколебимой уверенностью в конечной победе
будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца
и не посрамим земли Русской" Николай
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Монархист
Администратор


Зарегистрирован: 14.05.2009
Сообщения: 4817

СообщениеДобавлено: Вс Мар 05, 2017 8:22 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Интересно

Искатели мистических загадок / Оскар
Цитата:
Есть неопровержимые сведения, что Золотой век голливудского кинематографа это насквозь масонское предприятие. Многие из самых известных имен в шоу-бизнесе были масонами, например John Wayne, W.C. Fields, Oliver Hardy, Bud Abbott, Gene Autry, Irving Berlin, Nat King Cole, Cecil B. Demille, Duke Ellington, Douglas Fairbanks, Clark Gable, Walt Disney, Audie Murphy, and Danny Thomas.

Самое важное, что три самых мощных голливудских магната Louis B. Mayer (из MGM) Джек Уорнер (Warner Bros) и Дэррил Занук (20th Century Fox). А сама церемония награждения премии Оскар проходит в Shrine Auditorium, являющейся дествующим залом для проведения масонских обрядов

petr-kuznets.livejournal.com/82074.html

_________________
"С твердой верою в милость Божию
и с непоколебимой уверенностью в конечной победе
будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца
и не посрамим земли Русской" Николай
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
igorigor
старший унтер-офицер


Зарегистрирован: 19.12.2009
Сообщения: 310

СообщениеДобавлено: Пн Мар 06, 2017 9:54 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

...Передовая группа еврейских поселенцев под руководством не иудея Игоря Беркута начала подготовку инфраструктуры для приема первых ста тысяч израильтян. Приезд их и расселение на территории Нового Иерусалима: Одесской, Днепропетровской, Запорожской, Херсонской и Николаевской областей, ожидается до середины 2018 года. А всего до конца 2022 года намечается прибытие на Новую Родину 6 миллионов евреев из Израиля и более 12 миллионов из России, США и стран Евросоюза...

Израиль приступил к фактической оккупации Украины http://xn----8sbeyckrgcbzinq9j.ru-an.info/%D0%BD%D0%BE%D0%B2%D0%BE%D1%81%D1%82%D0%B8/%D0%B8%D0%B7%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BB%D1%8C-%D0%BF%D1%80%D0%B8%D1%81%D1%82%D1%83%D0%BF%D0%B8%D0%BB-%D0%BA-%D1%84%D0%B0%D0%BA%D1%82%D0%B8%D1%87%D0%B5%D1%81%D0%BA%D0%BE%D0%B9-%D0%BE%D0%BA%D0%BA%D1%83%D0%BF%D0%B0%D1%86%D0%B8%D0%B8-%D1%83%D0%BA%D1%80%D0%B0%D0%B8%D0%BD%D1%8B/
*****
Игорь Беркут. Украина-Израиль: один народ, одна судьба. 20.01.2017 https://www.youtube.com/watch?v=TrRmJqYmIxA&t=391s
*****
Игорь Беркут – что будет с бедными гражданами в Украине https://www.youtube.com/watch?v=fuN002ymLek
*****
ШОК! Список евреев во власти Украины https://www.youtube.com/watch?v=479tXBIePXM
*****
Деятельность Моссад на Украине: XXI век. Механизм еврейской оккупации http://komitet.net.ua/article/112023/
Еврейская секта хасидов Хабад Любавич не признает государство Израиль, они уверены, что Израиль должен быть на территории нынешней Украины.
*****
Скакуны украины (Караоке) https://www.youtube.com/watch?v=kXQ0odHM5VE

_________________
"Демократия – это власть подонков" Альфред НОБЕЛЬ
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Монархист
Администратор


Зарегистрирован: 14.05.2009
Сообщения: 4817

СообщениеДобавлено: Вс Апр 02, 2017 12:05 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

"КРЕМЛЁВСКИЙ ВОЛК" - Стюарт Каган

(Мемуары Лазаря Кагановича, записанные с его слов, американским племянником, Стюартом Каганом)
Цитата:
По горячим следам отречения царя от престола, на пароходе «Кристианафьорд», из Нью-Йорка в Петроград в мае 1917 года был прислан Троцкий. Троцкий прибыл не с пустыми руками. Пароход был набит оружием, и с Троцким прислали около трёхсот еврейских гангстеров из Манхеттеновского Ист-Сайда, уже поднаторевших в перестрелках с полицией в шумной уличной войне времён «сухого закона». Одновременно астрономические и неограниченные суммы денег сопровождали Троцкого из Уолл-Стрита через шведский банк «Някен» до самого Петрограда. Ирония судьбы заключается в том, что именно за связь с буржуями Уолл-стрита Троцкий уничтожит десятки миллионов ни в чём не повинных людей, назвав эту целенаправленную резню нейтральным словом «гражданская война», как будто это была внутренняя склока, в которой повинны сами люди, а не была запланированным уничтожением десятков миллионов людей.

Троцкий знал, что он прибыл по поручению и со всеми полномочиями хозяев этой планеты. Поэтому Троцкий сразу же направился в Таврический дворец, где заседал Петроградский Совет и предъявил свои верительные бумаги, а главное – деньги, оружие и людей. Он сразу же стал Председателем Петроградского Совета, который на тот момент фактически уже объявил себя альтернативным органом власти. Это было не трудно, поскольку Троцкий уже делал государственный переворот в 1905 году и уже тогда был председателем Петербургского Совета, хотя и непродолжительное время. Люди, которые контролируют деньги на Западе, поставили именно Троцкого ответственным за Россию, а они не ошибаются кого ставить

zarubezhom.com/kaganovich.htm

_________________
"С твердой верою в милость Божию
и с непоколебимой уверенностью в конечной победе
будем исполнять наш святой долг защиты Родины до конца
и не посрамим земли Русской" Николай
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
igorigor
старший унтер-офицер


Зарегистрирован: 19.12.2009
Сообщения: 310

СообщениеДобавлено: Ср Апр 05, 2017 2:25 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

Ниже приведена глава из книги Бориса Соколова "На берегах Невы", военврача царской и Белой армии, доктора медицины, известного ученого и патолога, делегата 1-го и 2-го Всероссийского Учредительного собрания от 13-й армии. Весьма примечателен его рассказ глазами непосредственного участника и очевидца событий, его взгляд в описании типажей большевиков и их заокеанских кукловодов, а также Ленина-Свердлова-Троцкого, ставших в свою очередь кукловодами для матросов Дыбенко и Железнякова, в этом, к сожалению, далеко не кукольном театре, названном ревволюционная советская Россия. (igorigor)
*******
УНИЧТОЖЕНИЕ РУССКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ
События 5 января (по старому стилю и 18 января по новому), как я описал их в "Архивах", и как они описываются в этой главе, рассказаны почти одинаково Марком Вишняком, который был секретарём собрания, в его книге "Всероссийское Учредительное собрание".
* * * *
Этот день был облачный и холодный. Город, покрытый толстым слоем снега, был в мрачном и сердитом настроении. Лица прохожих были обеспокоены. То тут, то там небольшие группы людей двигались в сторону Невского проспекта. Группа рабочих и служащих шла с плакатами. Все плакаты имели одинаковую надпись: "Да здравствует Учредительное собрание!". Среди сотен плакатов и транспарантов я не видел ни одного в пользу разгона Учредительного собрания. Много невооружённых солдат и матросов примкнули к шествию, и люди скандировали: "Долой большевиков!".
При подходе к Невскому проспекту народу стало больше. Настроение участников демонстрации было на грани возмущения. К одиннадцати часам дня толпы заполнили не только Невский проспект, но и все улицы, ведущие к Таврическому дворцу. Сотни транспарантов с надписью "Долой большевиков!", "Долой тиранов!" медленно двигались в сторону Таврического дворца.
Авангард демонстрации достигли красного кордона, находившегося на Литейной улице. Этот кордон был маленьким, не более пятидесяти вооружённых большевиков. При виде движущейся на них огромной толпы они не выдержали и скрылись, но тридцать метров дальше уже более многочисленный отряд "прибалтов" перегораживал путь. Между ними и толпой не было ни каких баррикад, только стояло двадцать пулемётов. Толпа в тридцать тысяч человек встречалась с пятьюстами головорезами, специально экспортированными Троцким из Америки. Когда расстояние между толпой и кордоном уменьшилось до пятнадцати метров, нью-йоркские гангстеры открыли огонь, целясь в тех, кто был со знамёнами и плакатами. Студент из Технологического института, ведущий группу своих коллег, был убит моментально. Два рабочих с завода "Треугольник" упали, серьёзно раненные, но всё еще держали транспарант "Долой убийц демократии!" Толпа в панике подалась назад, оставляя десятки убитых и раненных. Однако, всё новые толпы людей, идущих со стороны Невского проспекта, напирали вперёд. Боевики, подкреплённые отрядом бывших моряков, открыли смертельный огонь на поражение. Теперь основные потери несли рабочие Обуховского завода, известного за его демократические тенденции. Известный член кооперативного союза рабочих Логунов был ранен в грудь, и около двадцати рабочих и зевак было убито или ранено. В этот раз толпа уже не смогла противостоять огню, медленно она откатывала назад. То тут, то там раздавались возгласы: "К оружию! К оружию!". Старый рабочий в треуголке сказал мне: "Если бы у нас был хотя бы маленький отряд солдат, мы бы легко смяли этих жидов".
Но на стороне демонстрации не было никакой военной силы. Еврейские лидеры русской демократии запретили всякое оружие на стороне демонстрации. Я оказал первую помощь Логунову и помог занести его в частный дом. Он ещё дышал, но потом умер от внутреннего кровотечения. Я оставил его и вышел на улицу.
Расстояние между нью-йоркскими боевиками и демонстрантами было около шестидесяти метров. Обе стороны оставались пассивными, как будто, ожидая нового развития событий. Но и на остальных улицах, ведущих к Таврическому, дворцу была та же ситуация: нигде демонстранты не могли прорваться через кордоны. От многих людей, участников демонстрации, я слышал ту же самую историю. Баланс силы колебался между двумя сторонами. Более двухсот тысяч человек участвовали в демонстрации, требуя передачи власти в руки Учредительного собрания. Против этих возмущённых масс, большевики имели силы только-только, чтобы не допустить их до Таврического дворца. Одного бы полка было достаточно, чтобы переломить ход событий в пользу народа. В частных разговорах это признали потом многие лидеры большевиков. Они страшно боялись вспышки народной ярости.
Было двенадцать дня. Город был взбешён от невозможности прорваться к дворцу. Однако пик недовольства уже был пройден, и народная ярость пошла на убыль. Холод тоже работал на большевиков. Толпы народа всё еще окружали улицы в районе Таврического дворца. Но апатия и безнадёга стали овладевать людьми. Теперь стало ясно, что только чудо может спасти Учредительное собрание. Неохотно, только из-за того, что, вроде, как по обязанности, я решил идти в Таврический дворец. Чтобы быть убитым? Я ожидал всего Я подошёл к кордону, и был сразу же остановлен боевиками.
- Какого чёрта тебе нужно? - на ломаном русском спросил их главный.
Я был в своей форме армейского врача.
- Я член Учредительного собрания.
- Мандат.
Я вынул красную книжечку за подписью комиссара, Урицкого. Боевик ничего не сказал, но позволил мне пройти.
Идеи имеют магическую власть над людьми. Когда какая - нибудь сильная идея овладевает людьми, они теряют чувство реальности. Они становятся рабами своей идеи, и она парализует их способность видеть очевидные вещи. Идея Учредительного собрания доминировала в жизни русской интилигенции в течение последних десятилетий. Конституционная ассамблея, выбранная на основе всеобщего участия народа, была целью упорной борьбы, которая велась интеллигенцией. И, наконец, цель достигнута. Через несколько часов историческое Учредительное собрание должно было открыться. Несмотря на нехорошие слухи и все обстоятельства, глубоко в сердцах членов собрания, гнездилась вера в мистическую силу этого политического учреждения. Они были представителями народа, выбранные в соответствии с законом. Они были готовы умереть за идею Учредительного собрания. Однако они не были готовы к тому, что стало происходить в стенах Таврического дворца. Они не ожидали, что их просто оставят в дураках. Они плохо знали Ленина и его компанию.
Таврический дворец выглядел, как военный лагерь. Вооружённые моряки, реэмигранты, выдающие себя за прибалтов, группы людей в штатском с револьверами и пулемётами присутствовали везде. Несколько пушек стояли наготове перед дворцом. Все двери были закрыты, кроме одной. Снова военный отряд проверил мои документы. Я вошёл в приёмный зал дворца, и снова вооружённый отряд проверил мои документы. Я прошёл дальше в зал собрания, где предполагалось открытие заседания. Зал был наполнен бывшими матросами и этими, якобы "прибалтами". Они разгуливали вокруг и оккупировали галереи. Члены Учредительного собрания тоже бродили вокруг и спрашивали друг друга тихими голосами: "А вообще-то собрание откроется? Может, они разгонят его до открытия?".
В зале собрания было не топлено и очень холодно. Фракция коммунистов отсутствовала, проводя где-то своё собственное собрание. Часы проходили один за другим, но ничего не менялось. Только позднее мы узнали, что Ленин специально затягивал открытие, чтобы точно знать, чем разрешилась ситуация в городе. Он прекрасно знал, что демонстраторы могли прорваться к дворцу, и поэтому именно на улицах Петербурга решилась судьба Учредительного собрания.
Только в четыре часа по полудни, ровно через четыре часа, как должно было открыться собрание, появились какие-то признаки деятельности. К этому времени Ленин уже имел информацию, что кордон выдержал, и что народ начинает расходиться. Теперь он мог действовать по своему хотению. Ленин уже выиграл свою битву. Однако чтобы сделать победу более убедительной, он решил подвергнуть Учредительное собрание полному унижению. "Никакого кровопролития!" - Ленин не хотел делать из депутатов мучеников за демократию. Однако, поведение его приспешников и всей этой специально пригнанной публики, указывало, что они решили сделать из Учредительного собрания посмешище.
Зал собрания постепенно наполнялся. Кресла слева заполняли большевики, а центр и кресла справа - представители демократических партий. Несколько ведущих коммунистов заняли места на сцене. Среди них был Дыбенко, будущий палач в гражданской войне, был также и Стеклов. Несмотря на русские фамилии, многие из них, как например тот же Стеклов, не были русскими. Ленин сидел в ложе слева от сцены. Он был бледен и заметно нервничал. Время от времени к нему подходил Сталин и затем удалялся. Троцкий отсутствовал. Он в это время спешно продавал Россию немцам, ведя с ними переговоры где-то на Западном фронте.
(Коммунист Бонч-Бруевич вспоминает: "Владимир Ильич... был нервозен и бледен как никогда до этого... Он сидел, конвульсивно схватив себя за руки". Из работы "На сражающихся рубежах Февральской и Октябрьской революций", стр. 256).
Я поднялся на галереи. Они все были заполнены бывшими матросами и реэмигрантами. Вооружённые до зубов, матросы были призваны производить устрашающее воздействие на собрание. Многие из них были пацанами, не видевшими фронта. Большинство вообще были дезертирами. Некоторые были пьяны. Там и сям они играли в карты. Я спросил одну из групп:
- Вы члены партии большевиков?
- Нет.
- А почему вы здесь?
- Нам приказали быть тут на всякий случай.
Их начальником был рыжий матрос с "Авроры", и я слышал, как он инструктировал их:
- Когда я подниму руку, всем кричать "Долой буржуазных наймитов!". Вы можете угрожать им оружием. Но не стрелять. Строгий приказ, сегодня больше никакой крови. Вы всё поняли?
И нескольким матросам постарше он добавил:
- Посматривайте за своими.
Я попробовал поговорить с одним из юных матросов с открытым детским лицом.
- Вам известно, что это за собрание тут будет?
- Нет, - сказал он, смущённый моим вопросом. - Я ничего не знаю о собрании. Они меня послали, но я не знаю почему.
Десять минут четвёртого. Высокий, седеющий человек, Лоркипанидзе, представитель Грузии, предложил, чтобы старейший участник собрания открыл его. Сергей Швецов, социал-революционер, с седой бородой и длинными седыми волосами поднялся на сцену. Он был встречен улюлюканьем, и с большевистской стороны раздались крики "Узурпатор" и "Капиталист". Швецов позвонил колокольчиком, призывая к порядку. Напрасно. Крики и улюлюканье продолжалось. Рассердившись, Швецов прокричал:
- Я объявляю Всероссийское Учредительное Собрание открытым!
Его слова утонули в организованном крике и гаме с галёрки. В этот момент Аванесов, секретарь большевистского Центрального комитета, перехватил колокольчик из рук Швецова и передал его Свердлову. Как по мановению руки шум стих. Наступила тишина, за которой последовали аплодисменты с галёрки и с левой, большевистской, стороны. Это продолжалось несколько минут.
- Да здравствует Ленин!
- Долой капиталистов!
- Долой интернациональных банкиров! - кричали моряки с галёрки.
Наконец, Свердлов позвонил в колокольчик и провозгласил конвенцию открытой. В его речи, которая как мы узнали, была написана Лениным, Свердлов выразил надежду, что Учредительное собрание одобрит все декреты, произведённые властью большевиков. Он требовал одобрить "диктатуру пролетариата" и отказаться от всех притязаний на демократическое государство и демократические свободы. Он предложил, в действительности, чтобы Учредительное собрание отказалось от своих целей и предало их Совету Народных Комиссаров и оставило себе функции консультативного органа при Совнаркоме. Но даже это предложение не было искренним и не отражало истинных намерений Ленина. В этом предложении Ленин просто подготавливал почву для того, чтобы несколько дней позже провозгласить, что Учредительное собрание отказалось признать "власть народа" и предпочла липнуть к власти её "капиталистических друзей". Именно поэтому он, дескать, был вынужден распустить Учредительное собрание для блага народа.
Пока Свердлов читал декларацию, я видел, как Ленин пишет записку. Он послал записку одному из лидеров своей фракции. Немедленно после речи Свердлова этот лидер встал и предложил запеть "Интернационал". Опять же этот умный приём, ставил конвенцию в подчинённое положение. Поэтому всем, хочешь, не хочешь, пришлось встать и петь "Интернационал", впрочем, большинство не пело. Речь Свердлова окончилась аплодисментами с галёрки. Из центра и правой стороны зала раздались крики: "Стыд!", "Срам!".
Последовали выборы председателя Учредительного собрания Виктор Чернов, бывший секретарь по сельскому хозяйству в правительстве Керенского, был избран 244 голосами против 151 голоса при большинстве воздержавшихся. Его вступительная речь ожидалась быть антибольшевистской. Вместо этого Чернов призывал к сотрудничеству с большевиками. Тем не менее, его речь была встречена галёркой враждебно. С галёрки неслось: - Буржуйский лакей!
- Хватит!
- Капиталистическая гадина!
Снова и снова Чернов призывал к спокойствию и к уважению Учредительного собрания. В ответ шум и крики только нарастали и, наконец, оратора заглушили таким образом, что его слова вообще утонули в диком шуме и гаме. Я хотя и сидел спереди, во втором ряду кресел, мог слышать только часть того, что пытался сказать Чернов. Он выразил надежду, что между разными фракциями может быть найден общий язык, и Учредительное собрание означает окончание борьбы между фракциями.
Однако не только галерка продемонстрировала своё отрицательное отношение в речи Чернова, демократические партии восприняли эту речь с молчаливым раздражением; так как все они понимали, что никакого потворства, а только сильная позиция собрания могла ещё что-то спасти.
Вскоре говорил Бухарин, один из людей Ленина, и он не оставил никаких иллюзий собравшимся. Он сказал:
- Существует огромная пропасть между вами и нами. Мы хотим полной диктаторской власти над всеми политическими функциями в этой стране..., а вы защищаете вшивую демократическую республику.
И он окончил мощной декларацией: "С этой платформы мы объявляем смертельную войну всем и везде демократическим идеям!".
Дальше уже было некуда. Это означало, что большевики подписали смертный приговор Учредительному собранию.
А Бухарин и Чернов не были русскими людьми, впрочем, как и Аванесов не был кавказцем.
Наиболее блестящая речь была произнесена Церетели, социал-демократом из Грузии. Его речь тоже была встречена криками.
- Предатель!
- Убить его!
- Капиталистический холуй!
Однако его сильная речь привлекла внимание и даже заставила притихнуть галёрку.
- Члены Учредительного собрания! Сегодняшние события будут иметь трагические последствия для демократии во всём мире. Это трагический день для всех свободолюбивых наций. История не простит позора, которому мы все свидетели, неслыханного и бесстыдного поведения фракции меньшинства. Да, я повторяю, - и он сделал ударение, обращаясь конкретно к большевикам, - Вашего мерзкого и отвратительного поведения. Нет никакого оправдания вашему бесстыдству.., нет никакого оправдания людям, которые объявляют себя правительство этой страны. Это не правительство!
И шаг за шагом Церетели описал всю бесстыдную тактику большевистской партии
- Вы, депутаты, избраны народом, вы отвечаете перед народом. Вы, большевики, тоже избраны народом и тоже отвечаете перед народом, чтобы защищать, а не замышлять против Учредительного собрания. Вы были посланы сюда, чтобы писать законы для этой страны, демократические законы, а не пытаться установить диктатуру меньшинства, называя себя большевиками. Вы - предатели не только перед этой конвенцией, но и перед всем народом, которые избрали вас и поручили работать над демократическим законами.
И он развил мысль, что даже большевики связаны обещанием писать демократические законы.
Разве они не были избраны в соответствии с демократическими законами? Разве они не уверяли людей, что они сделают всё для созыва Учредительного собрания? Разве не они пытаются теперь разогнать Учредительное собрание, набрав меньшинство голосов и конспирируя самым наглым и неприкрытым способом?
- Кто такие вы, что осмеливаетесь поднять руку против самого священного права любой нации - права распоряжаться своей собственной судьбой, права писать свои собственные законы? Что вы можете дать людям такого, что не может дать Учредительное собрание? Собрание готово писать законы, которые поставят Россию на дорогу прогресса и процветания. Нет ни одной социальной реформы, которая не будет рассматриваться здесь. Есть только один фундаментальный принцип, где мы не имеем права идти на компромисс - это фундаментальные принципы демократии. В этом и только в этом существует огромная пропасть между вами и нами.
Он объявил, что партия меньшинства, то есть большевиков, требует власти и больше ничего. Декреты большевиков являются набором демагогических деклараций и не стоят бумаги, на которой они написаны.
- Если вы хотите власти, имейте мужество так и сказать.
Он обвинил большевиков в обмане людей посредством любых лозунгов и обещаний, без внутреннего смысла и служащих только цели обмана людей.
- История рано или поздно накажет вас за ваше политическое шулерство.
Его речь была встречена долгой и горячей овацией. Большевики злобно молчали в эти короткие минуты триумфа демократии.
Ленин молча слушал речь Церетели. Его лицо, как у сфинкса, ничего не выражало. Если ему не нравилось то, что он слышал, то он не подал и вида. Церетели был политическим лидером безупречной репутации и был уважаем не только друзьями, но и врагами. Он был человеком высокого морального мужества и неколебимых убеждений. Его было не так то просто игнорировать.
Сталин подошёл к Ленину, и двое шептались несколько минут. О чём они шептались, я не знаю, но после этого поведение вооружённых банд стало ещё более разнузданным. Некоторые моряки спустились с галёрки и заняли депутатские кресла. Их поведение было не только наглым, но и мешало проведению собрания. Каждый раз, когда представитель большинства демократических партий поднимался на сцену, раздавались такие крики и шум, что услышать ничего было нельзя.
Крики "Застрелить его!", передёргивание затворов, направление ружей на ораторов, создавали нарастающую напряжённую атмосферу. Это была психологическая атака. Уже для всех стало очевидным, что вопрос об Учредительном собрании закрыт. Мы все осознали, что собрание обречено. Вопрос оставался только о сохранении лица и достоинства Учредительного собрания. Всё можно было вынести, кроме этой медленной пытки со стороны юных большевистских хулиганов. Некоторые из нас были на грани провоцирования кровопролития. Некоторые депутаты действительно были готовы пожертвовать своей жизнью, чтобы пресечь дальнейшее издевательство.
Чтобы выразить наши внутренние чувства депутат Ефремов внезапно забрался на сцену. Он был простой крестьянин и говорил, как крестьянин. У него была длинная борода и лицо как у Льва Толстого. С громким, я бы сказал, даже музыкальным голосом он производил внушительное впечатление. "Братья!" - и это обращение было так неожиданно, что наступила неожиданная тишина. "Братья! - повторил он, обращаясь не к собранию, а к галёрке. - Вы угрожаете нам, своим представителям. Ваши отцы и матери послали нас на это священное собрание, и теперь вы угрожаете нам своим оружием. Мы не боимся, мы не боимся умереть. Стреляйте, если у вас есть смелости! Стреляйте в меня! - закричал он со всей силы. - Я буду рад умереть за Учредительное собрание, о котором мы мечтали десятилетия. Стреляйте. Но не смейте оскорблять нас!".
Некоторое время бандиты молчали. Никто ему не ответил, никто не выстрелил, но тишина была не надолго.
Было десять часов вечера, и собрание превращалось в полный хаос. Левые кресла большевиков были почти пусты. Они ушли, видимо зная, чем это всё закончится. Несколько вооруженных моряков, развалившись на креслах, курили, громко разговаривая между собой. Некоторые спали.
Я поднялся на галёрку. Там был вообще ужас. Многие моряки были пьяны в стельку и валялись на полу. Другие играли в карты, не обращая ни на что внимания. Пол был усеян окурками и пустыми бутылками из-под водки и пива. Я искал молодого матросика, с которым говорил несколько часов назад. Я нашёл его с двумя его дружками, слушающих речи депутатов.
- Что ты думаешь об этом Учредительном собрании? - спросил я его.
Его лицо выражало смятение, и его друг быстро ответил на мой вопрос. Он тоже выглядел молодо и дружелюбно, как и его товарищ.
- Что-то не в порядке, господин доктор. Мы обеспокоены... Нам это не нравиться...
- Старик, который сказал застрелить его, он хороший человек, он как мой отец. Он так просто говорил, что мы всё поняли, - сказал первый матросик.
- Да, он говорил от всего сердца, - добавил второй.
- Но кто прав и кто виноват? - настаивал я.
- Мы точно сказать не можем, - ответил второй матросик.
- Мы чувствуем, что собрание правильное.
- Они, я имею виду наших товарищей, не должны так себя вести, - пожаловался первый матросик.
- Что ты скажешь своему отцу. Когда увидишь его? - спросил я первого матросика.
- Я не знаю, не знаю. Если правду, то он рассердится, что мы тут тихонечко сидели.
- Что ты имеешь виду, сидели тихонечко? Что вы могли?
- Мой отец прямой человек. Он ничего не боится. Он бы вёл себя также как это депутат, который порвал на себе рубаху и сказал застрелить его. Мой отец рассердится, узнав, что мы не защитили Учредительное собрание, - матросик готов был расплакаться.
- Ладно, - сказал я.
- Когда- нибудь люди России поймут, что они потеряли в этот день. Передай своему отцу привет от меня. Он, должно быть, правильный мужик.
- Да, господин доктор, он хороший. До свиданья.
Я спустился в зал немного в лучшем настроении. Разговор с двумя матросиками дал немного надежды, нет, не на сегодня, быть может для завтра.
Несмотря на продолжающийся шум, заседание продолжалось. Депутат за депутатом говорили речи, полные надежды на демократическую Россию. Однако, кризис, похоже, приближался. Каждую минуту теперь мы ожидали чего-то со стороны большевиков. Около одиннадцати вечера большевики запросили перерыв. Они захотели обсудить между собой вопрос о дальнейшем участии в собрании. Им дали разрешение, и они собрались в отдельной комнате.
(Следующий эпизод также описан коммунистом Х.Л. Мещериковым в "Пресса и революция", №4, 1924 год.)
Ленин сделал инструктаж на этой большевистской летучке. "Центральный комитет партии, - сказал он, - предлагает оставить Учредительное собрание после оглашения специального обращения".
Григорий Пятаков высказал некоторое сомнение относительно мудрости оставления собрания большевиками.
- Идея Конституционного собрания глубоко врезалась в сознание русского народа, и оставление собрания кажется не очень мудрым решением.
Бухарин говорил в пользу ленинского варианта.
- Не имеет смысла здесь оставаться, - настаивал он.
Другие тоже согласились, и было решено оставить конвенцию.
Ленин предложил резолюцию, в которой большинство Учредительного собрания названо врагами народа и предателями революции. Говорилось, что уход с Учредительного собрания был вызван нежеланием большевиков кооперировать с контрреволюционными партиями, которые не пожелали признать диктатуру пролетариата и достижения Советского правительства.
Раскольников, член Учредительного собрания, был выбран огласить большевистскую резолюцию. Большевики готовились возвратиться в зал, как вдруг вмешался Ленин. - Вы что, товарищи, хотите возвратиться в зал и уйти, после того как Раскольников огласит резолюцию?
- А что такое? - спросили его
- Вы должны понять, что это невозможно. Когда резолюция будет зачитана, и вы уйдёте, это может произвести такое впечатление на галёрку, что начнётся стрельба. Я не хочу ни какого кровопролития в зале.
- Нет никакого вреда, если подстрелят пару меньшевиков или эсеров, - заметил Аванесов.
- Вот этого как раз я и не хочу, - сердито возразил Ленин. - Я не хочу делать святых мучеников из членов Учредительного собрания.
- А многие из них хотят погибнуть, чтобы записаться в святые, - сказал Бухарин, поддерживая Ленина.
- Люди на галёрке находятся в состоянии полной распущенности, - заметил Пятаков.
- Жуткая банда мерзавцев, - сказал Ленин раздражённо. - Где вы раскопали такой сброд, товарищ Дыбенко?
- Выбрал самых лучших, - ответил Дыбенко.
- Кстати, товарищ Дыбенко, меня информировали, что вы приказали своим бандитам разогнать собрание. Это правда?
- Да, - допустил Дыбенко. - Я дал приказ товарищу Железнякову.
- Позовите сюда Железнякова, - приказал Ленин.
Через несколько минут дезертир и бывший матрос Железняков вошел в комнату. Ленин при нём написал и подписал следующий приказ, подписанный также комендантом Таврического дворца Урицким: "Я приказываю товарищам матросам и солдатам не допускать никакого нападения на контрреволюционных членов Учредительного собрания и позволить им свободно покинуть дворец. Никто также не должен допускаться во дворец без специального разрешения".
Кроме этого приказа всему своему войску Ленин также написал Железнякову письменный приказ, подтверждающий устный приказ, который тот получил до этого. "Учредительное собрание не должно разгонятся до окончания сегодняшнего заседания. Начиная с завтрашнего утра, никто не должен допускаться в Таврический дворец".
Однако Железняков не выполнил этого приказа.
(Предыдущее также описано во "Всероссийском Учредительном собрании", опубликованном в СССР в 1930 году, стр. 207. Этот же эпизод описан Дыбенко в книге "Восставшие" стр. 110).

Было давно за полночь. Мы все сидели в зале, ожидая возвращения большевиков. Напряжение росло с каждой минутой. Наверно, подсудимый, ожидающий приговора, чувствует также. Я думал о Французской революционной конвенции. Отличаемся ли мы от них? Робеспьер, Марат и жирондисты. У них было много крови, жестокости и драки, но иногда были великие драматические моменты, когда сама смерть казалась привлекательной и влекущей неувядаемую славу. А здесь: шайка полупьяных малолетних юнцов, которые абсолютно не имеют понятия, что происходит, и главное, и не интересуются. С кем бороться? Кто нас услышит? Мы были изолированы. Не было свободной прессы. Не было сообщения с внешним миром. Железный занавес делал все наши речи бессмысленной тратой времени. В нас варилась холодная ярость. Минуты проходили быстро, и какое-либо действие казалось необходимым.
Только после часа ночи заседание было возобновлено. Большевики отсутствовали. Нам было ясно, что они больше не вернутся. Кресла по центру и справа были всё ещё заполнены.
Раскольников зачитал большевистскую декларацию. Она была короткой и ясной. Мы провозглашались врагами народа, и как таковые, объявлялись вне закона. "Вот оно, начинается, - сказали мы себе. - Теперь они будут нас кончать со всей присущей им жестокостью".
Они окружили нас со всех сторон. Мы сидели невооруженные и беззащитные. Мы сидели в напряжённой тишине, как вдруг галёрка взорвалась звериным рёвом. Это был ад. Воздух был наполнен ругательствами, которые я никогда не слышал в течение всей своей жизни. "Капиталистическая сволочь" было самым мягким ругательством. Мяуканье и свист оглушали нас. Многие были снабжены полицейскими свистками. Некоторые моряки спустились с галерки, направляя ружья на участников конвенции.
- Капиталистические убийцы! - кричал один.
- Прикончить их!
- Наёмники французского капитала!
- Лакеи Ротшильда!
- Прикончить их!
Это был кошмар. У нас была полная уверенность, что сейчас они начнут нас убивать.
Однако шум внезапно стих, также как и возникнул, и заседание продолжило работу в гораздо более спокойной обстановке, чем до этого.
Вскорости левые социалисты раскрыли своё настоящее лицо. Они объявили, что они полностью поддерживают большевиков. Их лидер Штейнберг зачитал декларацию. Он обосновал это таким образом, что, дескать, демократическое большинство отказалось подписать мир с Германией, за который выступали левые социалисты. Они ушли в тишине, и их уход не вызвал с галёрки никакой ответной реакции. Судьба левых социалистов была довольно жалкой. Большевики кинули им подачку и дали им несколько мест в правительстве. Однако, как только выявилась их дальнейшая бесполезность, большевики ликвидировали их. Борис Камков и многие другие лидеры левых социалистов стали одними из первых жертв Красного террора.
В течение долгих часов собрание жило в ожидании кровавой развязки. Несколько раз было ощущение, что мясорубка вот-вот начнётся. Но ничего не было, и после многих часов противостояния упадок, истощение и усталость начали проявляться в Учредительном собрании. Речи продолжались в атмосфере, в которой уже не было ни революционного энтузиазма, ни вообще никакой страсти. Мы были полностью истощены от этой длительной и абсолютно бесперспективной борьбы.
Было четыре часа утра. Депутаты начали обсуждать закон о земле. Этот закон полностью менял существующие земельные отношения и наделял крестьян землёй, в которой они так нуждались. Тем временем на сцену поднялся моряк. В его виде не было ничего примечательного, кроме отпущенных длинных волос, какие были свойственны дезертирам. Довольно высокий и широкоплечий, он не отличался от других матросов, наполнявших галёрку. Он подошёл к председателю конвенции Чернову, который давал указания, кто в каком порядке выступает. Моряк ждал минуты две, а затем легонько коснулся руки Чернова. Мы не могли слышать его слов, которые тот произнёс очень тихо, но мы видели, что Чернов сердито замотал головой. Моряк снова обратился к Чернову уже более громким голосом:
- У меня инструкции от товарища Дыбенко. Вы должны покинуть зал заседания.
- Я отказываюсь подчиняться этому приказу, - ответил Чернов. - Гражданин матрос, Учредительное собрание может быть распущено только вооружённой силой.
- Я настаиваю, чтобы вы немедленно покинули зал заседаний, - упрямо повторял моряк.
- Я отказываюсь, отказываюсь, - повторял Чернов снова и снова.
В течение нескольких минут между ними продолжался возбуждённый спор. Подключились другие члены президиума собрания. Они решили, что нет смысла провоцировать кровопролитие, так как сила была на стороне моряка.
Закон он земле был принят тут же, меньше чем за пять минут. Наспех зачитали и приняли единогласно обращение к странам союзникам. Этим манифестом Учредительное собрание отказывалось идти на сепаратные переговоры с Германией, и провозглашалась верность союзническому долгу. И, наконец, был принят специальный закон, где Россия провозглашалась Федеративной Демократической республикой.
Всё это время, пока собрание проводило это законы, моряк терпеливо стоял и ждал на сцене. Он не говорил ничего. Это был товарищ Железняков. Тот самый, которому Ленин дал приказ не прерывать заседание насильственно. Так случилось, что Железняков не был большевиком: он был анархистом.
(Книга Марка Вишняка "Всероссийское Учредительное собрание" стр. 100, сообщает, что матрос Железняков через несколько лет был казнён большевиками за бандитизм.)
В 4:42, утром 6 января по Русскому календарю, первый день заседаний Учредительного собрания был объявлен закрытым. Было решено открыть второй день заседаний сегодня в пять часов вечера, хотя никто и не верил в то, что это будет так. В траурной тишине мы покидали зал, ожидая нападения со стороны бандитов, которые спустились с галёрки и провожали нас до выхода. Повернув голову назад, я увидел позади себя трех матросиков, с которыми я недавно разговаривал.
- Что вы здесь делаете? - спросил я их.
- Мы подошли защитить вас на всякий случай, - пробормотал один из них.
Так, под охраной, я и покинул Таврический дворец. Как оказалось, в охране не было необходимости, ни над кем не надругались. Всем участникам Учредительного собрания позволили уйти спокойно в темноту этой зимней ночи.
Через несколько дней я зашёл на Болотную улицу попрощаться со своими друзьями и коллегами. Подходя к зданию, я увидел топу зевак.
- Что происходит? - спросил я.
- Большевики арестовывают членов Учредительного собрания, - сказали мне.
Всех участников, которые не покинули город, пересажали. Всероссийское Учредительное Собрание, мечта поколений русской интеллигенции, скончалось.

_________________
"Демократия – это власть подонков" Альфред НОБЕЛЬ
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
igorigor
старший унтер-офицер


Зарегистрирован: 19.12.2009
Сообщения: 310

СообщениеДобавлено: Ср Апр 05, 2017 2:41 pm Ответить с цитатойВернуться к началу

КАГАН Стюарт "КРЕМЛЁВСКИЙ ВОЛК"

Stuart Kahan, The Wolf of the Kremlin, США, 1987 год.
(William Morrow and Company, New York, 1987)
http://www. amazon. com/Wolf-Kremlin-Biograp hy-Kaganovich-Architect/dp/0688075290

Мемуары Лазаря Кагановича, записанные с его слов, американским племянником, Стюартом Каганом, М. 2004.
Предисловие переводчика
Сюарт Каганович. (Stuart Kagan) - племянник Лазаря Кагановича. Его семья перед революцией уехала в Америку, и на этом, их дороги с семьёй Лазаря Кагановича разошлись. В начале 80-х годов Стюарт Каганович, заинтересованный личностью своего знаменитого дядюшки, посетил Советский Союз и беседовал с Лазарем Кагановичем в его квартире на Фрунзенской набережной. Результатом этой беседы и является эта книга. Автор книги не владеет русским языком. Беседы автора с Лазарем Кагановичем проходили на еврейском языке. Лазарь Каганович умер в 1991 году. Родившись в 1888 году, он прожил 103 года. Его смерть совпала со смертью советского государства, в строительстве которого он так или иначе принимал непосредственное участие.
*******
ПРЕДИСЛОВИЕ.
И вот я в Москве, 1981 год, смотрю из окна гостиницы на толпы москвичей, устремившихся к метро. Это час пик. Мне тоже пора. После пяти лет приготовлений наступил самый решительный момент. В последний раз уточняю адрес, хотя в этом нет необходимости: я выучил его наизусть. Направляюсь к метро, одному из московских достопримечательностей, сверкающей чистотой, этого подземного музея со стальными колоннами, гранитными стенами, витражами, мозаичными потолками и великолепными скульптурами – и вместе с тем всё это быстро, дёшево и очень удобно. Я делаю шаг на убегающий эскалатор, который не более чем за 60 секунд доставляет меня на глубину около 200 метров, и тем временем вспоминаю, как пять лет назад я случайно наткнулся на одну газетную статью. В ней сообщалось, что Он ещё жив. Я внутренне рассмеялся. Этот старый сукин сын переживёт любого. Сейчас Ему должно быть под девяносто, и я о Нём слышал на протяжении всех моих сорока семи лет. Я также помню, как о Нём говорили. Это всегда происходило вокруг обеденного стола, только в присутствии самых близких родственников и исключительно шёпотом. Казалось, мы пытались уменьшить Его значение и относились к Нему как чему-то нереальному, предназначенному для застольного разговора, о чём можно забыть сразу после того, как вышли из-за стола. Но всё же я не мог просто так закрыть глаза и избавиться от Него. Мой интерес к семейной истории, словно навязчивая идея, рос всё больше и больше. Сколько людей имеют дядю, который более сорока лет управлял самой большой страной в мире?! У скольких человек тётка (Роза Каганович) являлась подругой абсолютного диктатора государства, а другой дядя занимал пост комиссара авиации?! Хотя Роза и Михаил играли важные роли, но режиссёром всегда оставался именно Лазарь. Лазарь Моисеевич Коганович, второе лицо в государстве после Сталина. Председатель Президиума Верховного Совета. Человек, объединивший органы государственной безопасности в то, что позднее стало знаменитым КГБ. Человек, лично руководивший чистками, охватившими страну в тридцатые-сороковые годы. Человек, репрессировавший людей так, как никто до него. Человек, который лично повинен в смерти не менее 20 миллионов человек. Человек, под чьим руководством строилась это фантастическое московское метро, более двадцати лет носившее его имя. Всё это был Он – человек, к которому я сейчас направлялся. «Дядя Лазарь», как, чаще всего со страхом, звали его в нашей семье, находился от меня всего в 30-минутах езды с того момента, как я зашёл в вагон метро на станции «Калужская». Думаю, что большинство людей, изучающих свою родословную, стремятся отыскать принцев и принцесс, королей и королев, величайших сторонников мира и процветания. А я собирался встретиться с самым «безжалостным человеком», как заклеймил его Хрущёв, который когда-либо сидел в Кремле, и о котором, хотя уже с тех событий прошло много лет, ещё написано ничего. Мне нужно было узнать больше, чем простые «что» и «когда». Я должен понять несколько «почему». Почему этот человек не щадил даже своего еврейского народа и своей иудейской религии? Почему он повернулся спиной ко всему, чему его учили? Фактически всю свою жизнь я занимался исследованием его жизни, жизни его сестры и братьев. Я много читал и посещал лекции ведущих политиков во многих колледжах и университетах. Я брал какую-то полезную информацию из одного источника, что-то – из другого. Один известный автор утверждал, что Лазарь был этим, другой доказывал, что он был тем. Но никто, кажется, так и не разобрался и не написал, что же в действительности произошло в те бурные годы после смерти Ленина. Я еду до станции «Фрунзенская». Выходя из метро, я сворачиваю и захожу в маленький парк напротив Москвы-реки. Здесь тихо, и за раскидистыми деревьями вырастают большие жилые дома кремового цвета, напоминающие мне район Риверсайд в Нью-Йорке. Десять минут я сижу на скамейке, собираясь с мыслями, а потом поднимаюсь и направляюсь к дому с номером «50». Я поднимаюсь по лестнице на пятый этаж и оказываюсь перед нужной дверью. Я чувствую, как замирает моё сердце. Дверь квартиры номер 384 смотрит на меня, и кажется, что этот номер занимает всю дверную поверхность. Я решаюсь нажать кнопку. Раздаётся короткий, пронзительный звонок. В десять утра, в среду, кто может быть дома? Взрослые на работе, дети – в школе. Дома могут быть одни старики. Тишина. Я жду и считаю до десяти. Затем опять звоню. Я слышу тяжёлые шаги, как будто они принадлежать человеку лет двадцати. Возможно ли такое? Может быть, мне дали неверный адрес? Кто-то подходит к двери. Я перевожу дыхание и слышу уверенный сердитый голос: - Что надо? Мне требуется несколько секунд, чтобы понять услышанное. И я быстро произношу заготовленную фразу: - Я ваш племянник. Американец. Голос снова: - У меня нет родственников. Я отвечаю: - Нет, нет, нет. Я племянник. Опять тишина. Я перевожу дух: - Пожалуйста, откройте дверь. Голос: - Воз зогт ир? Другой язык! Он…, он говорит на идише! Это он! Кто же ещё может? Без промедления я ответил: - Их бет дих. Офн… офн…оф. (Пожалуйста, откройте). Снова глубокий вдох. Я слышу щёлканье замков. Я считаю: один, два, три, четыре. Этот старый и хитрый сукин сын знает, как уберечь себя. Дверь медленно приоткрывается. Её удерживает массивная дверная цепочка. В просвете – темнота. Он может меня видеть, а я его – нет. Не удивительно, что он так долго меня разглядывает. Слышу голос: - Воз зогт ир? (Что вы сказали?). Я стараюсь из всех сил говорить по-русски, иногда вставляю слова на идише. - Я из Америки. Из семьи Моррисов. Пожалуйста, позвольте мне войти. Я смотрю в темноту. Дверь закрывается. Он не даёт мне договорить. Слова слетают у меня с языка: - Остановитесь! Остановитесь! Я единственный ваш родственник, который может поговорить с вами. Зачем же отталкивать меня, как все эти годы вы отталкивали свою семью? Даже Морриса и дядю Лёвика. Чёрт побери, почему даже меня! Я чувствую, что слёзы вот-вот хлынут из моих глаз. Затем слышу позвякивание металла. Он снимает дверную цепочку. Я почти ощущаю, как поворачивается дверная ручка. Истории, слышанные мной на протяжении всей жизни, годы поисков, и все ответы находятся по другую сторону этой двери! Дверь открывается. Я чувствую это. Мелькает полоска света, и слегка веет сквозняком. Кажется, я даже перестал дышать. Перед собой я вижу массивное лицо человека одного со мной высокого роста, вижу седину на висках и в усах, широко расставленные карие глаза. Он выглядит как брат Ларри, которому сейчас шестьдесят. Мужчина в дверях рассматривает меня. - Дядя Лазарь? - бормочу я. Он кивает. Я стою лицом к лицу с самим Волком. Дверь широко открывается, и массивная фигура отступает в сторону. Он ничего не говорит. Приглашение затягивается. Я переступаю порог. В нескольких шагах гостиная. Слева от себя я уголком глаз замечаю небольшую кухню. В комнате темно. В самом дальнем её конце есть окно, выходящее в парк. Макушки деревьев располагаются прямо на уровне подоконника. Я быстро осматриваюсь кругом, зная, что он всё ещё стоит в коридоре и следит за мной. Комната обставлена старой мебелью из тёмного дерева. Мебель выглядит весьма тяжёлой. Диван покрыт зелёным покрывалом, рядом стоят два кресла. На подлокотниках и на спинке кресел лежат салфетки, несомненно, видно прикосновение женских рук. Я показываю на них рукой. - Это Майя, - говорит он. – Она приходит ко мне один раз в неделю. Она делает уборку и приносит продукты. Она хорошая, и я искренне её люблю. Майя – его дочь. На стене весит небольшая полка. Она заполнена множеством фотографий в позолоченных рамках, показывающих разные стадии жизни дяди Лазаря, включая фотографии его соратников. Больше всего изображений Сталина. Если бы я не знал, где я нахожусь, то мог бы подумать, что это квартира Сталина. Одна фотография привлекает моё внимание: дядя Лёвик и Моррис стоят у входа в ателье Морриса в Филадельфии. Этот снимок, вероятнее всего, был сделан лет пятьдесят тому назад. Я протягиваю руку и касаюсь фотографии, но вдруг слышу «Не трогай!» и отхожу от полки. Лезу в карман пальто и достаю оттуда конверт. Не произнося ни слова, протягиваю ему. Он уже прошёл в комнату и стоит недалеко от меня. Его присутствие подавляет. Хотя комната невелика, и он больше не является тем значительным и всемогущим человеком, кажется, что он заполняет собой всё пространство в комнате и целиком доминирует в ней. Он берёт из моих рук конверт и идёт к окну, где освещение лучше. Он не пользуется очками. Он пристально изучает его содержание. Я тщательно отобрал семейные фотографии перед поездкой в Россию. На многих из них изображён я, это служит целям удостоверения моей личности. А одна фотография дяди Лёвика и Морриса вообще является идентичной той, что стоит на полке. Немного погодя, он кивает и опускается в кресло. Он по-прежнему не предлагает мне сесть. Из другого кармана я вынимаю небольшую коробку, содержащую пирог с изюмом, который я купил в магазине «Берёзка». Его брови поднимаются, и он кивает мне на кресло. Теперь он пристально рассматривает меня с головы до ног. Он смотрит на фотографии, а потом переводит взгляд на меня. Так продолжается какое-то время. Наконец, на его лице читается удовлетворение. Минуты идут одна за другой, и я отчётливо слышу тиканье настольных часов. Я никогда не слышал, чтобы часы так громко тикали. Это становится невыносимым. Вдруг к своему удивлению я замечаю, что этот человек проявляет признаки беспокойства и нетерпения. Чувствую, как стены надвигаются на меня, меня кидает в жар, и во рту становится сухо. Я хочу что-то сказать, но не могу подобрать подходящих слов. Резкий голос звучит опять, но то, что я слышу, не помогает. - Зачем ты приехал? – произнёс он. Только одно слово. Он ждёт. В Америке бы я ответил: «А почему бы нет?». Но я знаю, что сейчас это прозвучало бы глупо. Я должен иметь убедительную причину, я подчёркиваю: убедительную. Если бы я сказал ему, что я здесь потому, что собираюсь написать книгу, то через секунду я очутился бы на улице и, скорее всего, в окружении КГБ. Нет, надо быть осторожным. Я думал об этом весь прошедший год и до сих пор не решил, что же я скажу. - Из-за этого, - произнёс я, указывая на фотографии, лежавшие на его коленях. – Я так много о вас слышал. Мне хотелось встретиться с вами и узнать побольше о своём деде и своём прадеде. Я горжусь своей семьёй. Я читал о вас в газетах. Мне необходимо было вас увидеть. Мой язык совершенно пересох. - Это не всё, - произносит он. Фраза звучит не как вопрос, а как утверждение. - Да, это не всё, - отвечаю я. – Я хочу съездить в Кабаны и увидеть семейное гнездо. Я хочу узнать… Я останавливаюсь и улыбаюсь. - Дядя Лазарь, мне даже хочется узнать, как Буба готовил этот замечательный чанг, - говорю я, имея в виду блюдо, которое я помню с детства. Дядя Лазарь откидывает свою голову на спинку кресла и улыбается. Кажется, перед ним открылись ворота его прошлого. Старого сукиного сына тронуло упоминание такой простой вещи как терпкое тушёное мясо. Мне показалось, что в нём таки появилось желание поговорить. Будет ли у меня другая возможность? Если Майя приходит сюда только раз в неделю, с кем ему ещё говорить? Может быть, я как раз оказался в нужном месте в нужное время? Может быть, мне просто везёт? Если бы он только заговорил, я бы не упустил своего шанса. Если бы он только заговорил… - Действительно, надо знать секрет, чтобы приготовить чанг. Но я его не знаю. Что касается меня, я по-прежнему люблю выпить чашку крепкого душистого чая. Не откажешься от чая с этим аппетитным пирогом? Я быстро поднимаюсь. Он машет на меня руками. Он позаботится о чае. Он поднимается с кресла и направляется в сторону кухни, не сводя с меня глаз. - Сначала попьём чаю с пирогом. А потом ты мне расскажешь про каждого на этих фотографиях. Идёт? Он останавливается и смотрит на меня. - Договорились, - отвечаю я. - Первым делом - это. Он поворачивается ко мне спиной. Я закрываю глаза и откидываюсь на спинку кресла. Я не решаюсь посмотреть на часы. Начало положено. От фотографий мы перейдём к его жизни. Мне уже не жарко. Меня начинает бить мелкая дрожь. Очень хочется горячего чая. Я уже знаю, что нам предстоит выпить много чая перед тем, как я уйду. Я рассматриваю фотографии. Как далеко они могут нас завести? Мысленно раскладываю их по порядку. Я жду чая и пирога. Я готов.
+++++++
Выдержка из книги:
"Крестьяне в понимании Кагановича не значили ничего, поэтому, зачем тратить на них время? По мере работы над этой книгой автор пытался ответить на вопрос: откуда в Лазаре выросла такая удивительная по силе ненависть к людям, которые населяют землю, в которой он сам родился и вырос. Откуда в Лазаре Кагановиче появилась эта дикая ненависть, которая позволила ему замыслить, организовать и воплотить Голодомор, унёсший жизни, по меньшей мере, 7 миллионов крестьян, а остальных поставил на грань жизни и смерти?
У Кагановича были дела поважнее, чем интересоваться положением крестьян. Сейчас ситуация круто изменилась: он остался совсем один. Опереться стало не на кого. У него оставалось совсем немного знакомых и несколько приятелей, которых он мог использовать, чтобы добиваться своих целей. Он порвал со всем, за исключением того, что могло помочь его успеху. Ему уже исполнилось двадцать три года. В семнадцать он покинул родной дом в поисках работы. Шесть лет пронеслись как одно мгновение. За всё это время он почти ни о ком не думал, за исключением самого себя. Он продолжал бродить по Кабанам, кивая головой в подтверждение своих рассуждений. Какой смысл заботиться о других? Ответ стоял перед его глазами. Люди из прошлых Кабанов, которых он знал много лет, здесь больше не жили, и ему тоже надо уехать. К его радостному удивлению на окраинах городка не было никакой охраны, и люди свободно могли покидать его пределы. Это казалось бессмысленным. Сначала тебя конвоируют сюда, а потом оставляют. Глупо. Если уж посылать кого-то в тюрьму, то это следует делать правильно: запереть дверь на замок, а ключи выбросить в самую глубокую реку. В стране не было порядка. Если ему когда-нибудь представилась бы возможность, то он бы всё круто изменил. И ни у кого бы не было такой свободы. Деньги – не проблема. Лазарю удалось скопить достаточно рублей, и они были надёжно спрятаны в его широком ремне. Он почти не тратил свою получку, потому что как партийный руководитель он имел право, когда хотел, бесплатно забирать продукты из лавок и магазинчиков, контролировавшихся большевиками. В этом было большое преимущество руководителей перед рядовыми партийцами. В дальнейшем этот принцип «закрытого распределения» для своих, стал главным принципом распределения государства, в котором после ухода Троцкого, Каганович стал самым главным евреем. Само путешествие тоже не представляло проблемы. Если его попросят предъявить документы, то он предоставит маленькую жёлтую карточку удостоверения личности, которую ему вменялось всегда иметь при себе. Каждый еврей имел при себе несколько таких фальшивых удостоверений личности на все случаи жизни. Он предварительно сбреет бородку и сменит фамилию. Но теперь он направится не на восток, как раньше, а на север, к еврейскому городу Гомелю, где, как ему было известно, коммунисты имели крепкую связь с местным профсоюзом сапожников и кожевников. Каганович опять покидал Кабаны, но на этот раз ему удалось добраться только до окраины городка. Рядом с ним остановился большой зелёный грузовик, с него соскочил бородатый казак: «Думаете сбежать, Лазарь Моисеевич? А царь нашёл вам более тёплое местечко». И он показал на кузов грузовика. В нём сидели молодые парни. Лазарь с ужасом понял, что произошло: его забирали в солдаты Русской армии. Четыре часа спустя он уже трясся в вагоне товарняка, увозившего его в сорок второй артиллерийский полк, стоявший в Саратове. Его приписали к воинскому подразделению, находящемуся пока в резерве. Поэтому у него оставалось много времени, чтобы стать активным членом Саратовского партийного комитета. С его опытом работы он быстро продвинулся до должности члена Исполкома Советов рабочих и солдатских депутатов. Большинство других членов были моложе его и не имели достаточного опыта работы. Лазарь пользовался авторитетом благодаря своему прошлому и знанию Украины. Он даже участвовал в работе солдатской конференции большевиков. Он знал, что большевики всё равно развалят фронт. Царь пытался убедить большевиков в том, что у них были общие проблемы и надо всем вместе бороться за единую страну. С его стороны ничего более глупого и бесполезного было придумать нельзя. Царь был близоруким и не видел, что тут совсем другая игра. Большевикам важно было идти до конца. Лазарь твёрдо усвоил, как следовало держать себя с окружающими. Он мог улыбаться и делать вид, что соглашается. Но он знал, что доверять нельзя никому! Поэтому он всегда будет использовать людей в своих интересах, как он уже это привык делать. В этом небольшом уголке России популярность Лазаря быстро росла. Его избрали членом Всеармейского Бюро Военной партийной организации Центрального Комитета Российской социал-демократической рабочей партии большевиков. Но, возможно, его продвижение было слишком поспешным: теперь он был весь на виду. За свою пропагандистскую активность в Саратове его ожидал арест. Поэтому он сменил фамилию на Жирович и сбежал из города. У него не было выбора, и ему пришлось направиться в Гомель, недалеко от Могилёва. Гомель был главным железнодорожным узлом Белоруссии. Он хорошо знал этот город, потому что часто совершал туда поездки вместе с дядей Лёвиком. Его здесь хорошо помнили и уважали, и вскоре он стал членом местного еврейского профсоюза и местного партийного комитета. Наступил 1917 год, и всё закружилось в адском водовороте. Государство уже разложили настолько, что командующий Петроградским гарнизоном генерал-лейтенант Хабалов 25 февраля 1917 года провозгласил военное положение. Это только подлило масла в огонь. Провокации, устраиваемые вооружёнными боевиками, тут же повели к человеческим жертвам, в частности у Николаевского вокзала. В начале марта удалось организовать нехватку продуктов и последующие «хлебные бунты» привели к усугублению беспорядков. К 13 марта беспорядки уже были в разгаре, а 15 марта царя вынудили отречься. Тогда было тяжело с информацией. Несколько газет и журналов, а в провинции и подавно всё только со слухов. 16 апреля немцы перевезли Ленина и ещё около трёхсот его боевиков через линию фронта. На Финляндском вокзале Ленин в открытую призвал к свержению демократического правительства тоже. Хуже быть уже не могло. Ленин отбросил свои тактические манёвры и теперь фактически провозглашал «перманентную революцию Троцкого. Ленин кричал: «Вы должны бороться за свою революцию… Вы должны бороться до конца». - Вмешательство из-за рубежа преподносилось людям как их собственный интерес.
Лазарь сознавал, что надо тщательно следить за развитием событий. Может быть, ему следовало бы уйти с головой в политику? А может быть, стоило бы на время воздержаться от речей, создания незаконных профсоюзов и организации стачек? Раньше он на всё смотрел сквозь пальцы. Это не составляло для него проблемы. Но теперь он столкнулся с ломкой политической структурой целой страны, ему пришлось иметь дело с людьми равного и даже более высокого интеллекта, при этом их надо было убеждать в правильности своих взглядов. Раньше он успешно разворачивал свою работу в небольших городках и селениях, но он прекрасно сознавал недалёкость местных жителей, с которыми ему приходилось иметь дело. Они с готовностью позволяли быть ведомыми. Поэтому с ними можно было не церемониться. Однако в Петрограде и Москве люди совершенно другие. Они умели думать. Это тебе не крестьянин-лапотник. Поэтому к ним надо подходить по-другому. Лазарь знал, чтобы попасть в их среду, надо втереться в доверие каждого из них.
По горячим следам отречения царя от престола, на пароходе «Кристианафьорд», из Нью-Йорка в Петроград в мае 1917 года был прислан Троцкий. Троцкий прибыл не с пустыми руками. Пароход был набит оружием, и с Троцким прислали около трёхсот еврейских гангстеров из Манхеттеновского Ист-Сайда, уже поднаторевших в перестрелках с полицией в шумной уличной войне времён «сухого закона». Одновременно астрономические и неограниченные суммы денег сопровождали Троцкого из Уолл-Стрита через шведский банк «Някен» до самого Петрограда. Ирония судьбы заключается в том, что именно за связь с буржуями Уолл-стрита Троцкий уничтожит десятки миллионов ни в чём не повинных людей, назвав эту целенаправленную резню нейтральным словом «гражданская война», как будто это была внутренняя склока, в которой повинны сами люди, а не была запланированным уничтожением десятков миллионов людей. Троцкий знал, что он прибыл по поручению и со всеми полномочиями хозяев этой планеты. Поэтому Троцкий сразу же направился в Таврический дворец, где заседал Петроградский Совет и предъявил свои верительные бумаги, а главное – деньги, оружие и людей. Он сразу же стал Председателем Петроградского Совета, который на тот момент фактически уже объявил себя альтернативным органом власти. Это было не трудно, поскольку Троцкий уже делал государственный переворот в 1905 году и уже тогда был председателем Петербургского Совета, хотя и непродолжительное время. Люди, которые контролируют деньги на Западе, поставили именно Троцкого ответственным за Россию, а они не ошибаются кого ставить. Речь Троцкого была краткой и в то же время содержательной. Он, что называется, «сразу взял быка за рога», и никто даже не успел опомниться. - Помните три команды: не доверяйте русским буржуям, держите всех под контролем и опирайтесь на свою революционную силу! Всего за несколько недель Троцкий со своими сторонниками стали основными застрельщиками у большевиков. До этого Троцкий вообще не был членом партии большевиков, Он вообще был сам по себе, комиссар с большими полномочиями от очень и очень больших людей. Первый среди них - это американский еврейский банкир и миллиардер Яков Шифф, ещё в 1905 году финансировавший первую русскую революцию, в которой тот же Троцкий был уполномоченным Якова Шиффа. Карьера Троцкого пошла в гору после ухода, причём без формальных юридических процедур, Троцкого от своей первой жены, и женитьбе Троцкого за границей на «Седовой», родственнице еврейского банкира Животовского. Именно к Троцкому в первую очередь прилагалась бы, сочинённая гораздо позже, поговорка: «Не имей сто друзей, а женись как Аджубей». Животовский был вхож к самому Павлу Варбургу, из международного банкирского дома Варбургов, а Варбурги были одной семьёй с банкирским домом Якова Шиффа. Теперь Шифры и Варбурги должны были оправдать свои вложенные в русское «предприятие» деньги, казной и золотом свергнутого царского правительства, и, как говорится, всем состоянием русского народа. Когда из Нью-Йорка в Россию возвращался Николай Бухарин, то он проделал это через Японию, потому что по поручению Троцкого, ему надо было заехать к личному представителю банкира Животовского в Японии, к некому Зигмунду Розенблюму, больше известному в России как английский шпион под псевдонимом Сидней Рейли. Обговаривались переводы больших сумм денег для предстоящего государственного переворота. Лозунги Троцкого распространялись по всей России. Теперь он оказался в одной связке с большевиками, ополчившись против всех остальных. Уже в июле 1917 года Троцкий поднял вооружённое восстание в Петрограде, но тогда генерал Корнилов ещё сумел восстановить порядок. Троцкого на время арестовали и выпустили, а Ленина прямо обвинили в том, что он германский шпион и изменник родины, однако впоследствии этому изменнику родины ещё заставят поклонятся сотни миллионов людей. Пока же Ленину пришлось прятаться на природе в Разливе. Хорошо, что это было летом, а не зимой. Теперь всему Петрограду было известно, что Керенский вместе с генералом Корниловым готовится пресечь деятельность Советов и восстановить порядок. Генерал Корнилов заявил: «Я, генерал Корнилов, сын казацкого крестьянина, не могу предать Россию в руки своего вечного врага, Германии. Пришло время вздёрнуть немецких агентов и шпионов во главе с Лениным и разогнать их осиное гнездо, «Совет рабочих и солдатских депутатов», чтобы они уже не смогли собраться». Однако Керенский в последний момент предал Корнилова и обвинил его в государственной измене. Солдат Корнилова просто подкупили, и они разбежались без единого выстрела. Последнее препятствие на пути к перевороту, генерал Корнилов, был устранён.
Лазарю Кагановичу тоже стало ясно, что ему следовало предпринять. Ведь с того далёкого майского дня его юности Троцкий стал его главным кумиром, идеалом для подражания. Слова, сказанные теперь Троцким, стали для Лазаря тремя главными заповедями, которыми он будет следовать всю его жизнь: «Не доверяйте русским буржуям, держите под контролем своих вождей и опирайтесь только на свою революционную силу!». Лазарь также осознавал, что в ближайшее время ему следует перебраться севернее. Нельзя разбрасываться на поездки по необъятной России. Он должен оказаться в гуще событий, пока они не прошли мимо него. Его время приходило, да и всей России, как он считал, тоже.
Весь период с марта по октябрь месяц, самозванный и антиконституционный орган власти, Петроградский Совет, перетягивал одеяло на себя и, в конце концов, это ему удалось. 25 октября Военный Революционный Комитет Петроградского Совета захватил власть. Влияние Ленина было большим, но всю организационно-практическую часть переворота, как Председатель Петроградского Совета и Военно-революционного Комитета, произвёл Троцкий. Лазарь жадно вчитывался в каждую газетную статью, посвящённой событиям в столице. Одна из них была подписана неким Иосифом Джугашвили: «Вся работа по практической организации Петроградского Восстания целиком находилась в руках председателя Петроградского Совета товарища Троцкого. Следует со всей полнотой признать, что быстрому переходу Петроградского гарнизона на сторону революции партия обязана умелому руководству Военного Революционного Комитета, и особенно товарищу Троцкому». Лазарь снова и снова перечитывал эту статью. Переворот удался Троцкому, потому что он имел в своём распоряжении отборный и обученный отряд боевиков, который он привёз из Нью-Йорка и неограниченные деньги, с помощью которых ему удалось подчинить и большевиков и деклассированные элементы в городе. Этот отряд, плохо говорящих по-русски нью-йоркских гангстеров, станет ядром ВЧК и Красной Армии, которые сразу начал создавать Троцкий. Для того чтобы легализовать их присутствие, эти иностранцы выдавались за «прибалтов». Впоследствии им дали название «красных латышских стрелков», один из многих мифов, которыми потом обрастёт «революция». Статья Джугашвили не была интересной, тогда имя Троцкого было у всех на слуху. Однако, Лазарь, потом вспомнит фамилию автора. Взятие власти в Петрограде большевиками многими расценивалось как временный успех, а не революция. Лазарь слышал, что захват правительственных объектов произошёл совершенно бескровно и не сопровождался массовыми митингами и демонстрациями на улицах города. Тот факт, что не было выступления трудящихся, отсутствовали баррикады и уличные бои, только указывал на то, какая могучая сила за всем этим стояла. И Лазарь в некоторой степени чувствовал себя причастным к свершившемуся. Ведь он так здорово сплотил гомельских большевиков, что переход власти в их руки тоже прошёл бескровно. Нет сомнения, что в Петрограде должны оценить его роль. В Гомеле Лазарь тоже встретил своих первых соратников, на которых он позже будет опираться всю жизнь. Одним из таких гомельских соратников стал Мендель Хатаевич, который позднее стал вторым секретарём компартии Украины и главным палачом на Украине во время коллективизации. В Гомеле Хатаевич был зам председателя Подлесского комитета большевиков, председателем которого был Лазарь. Лазарь знал, кого куда ставить. Новая власть сразу энергично взялась за работу. По всей стране начали формироваться новые формы управления. Многочисленные декреты и указы сыпались из Петрограда. Такого раньше и в помин не было. Суть производившихся перемен была простой: поскольку теперь Троцкий представлял собой центральную власть и государство – всё подлежало национализации. Каждый день приносил что-нибудь новое. То закрыли биржу, то уничтожили право на наследство. Банки и заводы объявили национализированными. Даже рыболовная флотилия оказалась национализированной. Запретили частную собственность на землю. Приняли закон, на основании которого закрывались все консервативные газеты. Золото аннулировали и объявили лишённым всякой ценности. Суды заменили революционные трибуналы, в которых любой гражданин мог выполнять роль судьи или адвоката, и которые выносили расстрельные приговоры без всякого промедления. Стали считаться недействительными строгие законы о браке и разводах, их заменили новыми, чрезвычайно упрощёнными процедурами. Старинный русский календарь поменяли на западный манер, и выкинули буквы из исконного русского алфавита. Дворянские звания выбросили из обращения, вместо них стали использовать слова «гражданин», а ещё чаще – «товарищ». Нововведения коснулись и религии. Церкви рушили, священников убивали, церковные земли отобрали. Ходили упорные слухи, что к этому приложили руку евреи. Ещё бы, синагоги только начали строиться. Иуде, продавшему Христа, открыли памятник, и еле державшееся большевистское правительство уже посылало еврейских добровольцев в Палестину строить еврейское государство в поддержку Бальфурской декларации, которая была дана евреям 2 ноября, почти одновременно с Октябрьским переворотом в Петрограде. Первый в мире закон, каравший за еврейские анекдоты смертной казнью, был издан Троцким в 1918 году, который кроме практических должностей наркома обороны и транспорта взял на себя ещё и религию. Троцкий так же организовал и кампанию по конфискации церковных ценностей, а также был председателем «Главконцескома», который быстро выдавал концессии на разработку российских полезных ископаемых иностранным компаниям. Если считать с самого начала, то Троцкий был: Председателем Петросовета, Председателем ВРК, организовал ВЧК, был первым министром Иностранных дел, Наркомом обороны и флота, Председателем Ревоенсовета, наркомом транспорта, был главным по концискации церковных ценностей, был Преседателем Главконцесскома, и как сам Троцкий говорит во втором томе своей автобиографии: «Моя жизнь»: «Я был настоящим организатором и руководителем более дюжины различных компаний и комиссариатов». Фактически революцию подготовили и осуществили евреи. Оба деда Карла Маркса были раввинами, а дед Ленина тоже был евреем. Разве Яков Свердлов, первый глава Советского правительства, не был евреем, а сам диктатор Троцкий? Но большинство людей об этом не знало и верило, что с евреями можно ужиться, как они уживались и раньше. То, что содиктатор Ленина Троцкий, был евреем, казалось естественным для партии, в которой большую часть составляли евреи, при их доле в населении страны всего 1.8 процента. Лазарю следовало держать ухо востро. Поддержит ли население революцию, состряпанную еврейским народом? Где-то в глубине он уже знал ответ, осталось решить, что предстояло предпринять ему самому. А пока надо плыть по течению и оставаться на плаву..."

_________________
"Демократия – это власть подонков" Альфред НОБЕЛЬ
Посмотреть профильОтправить личное сообщение
Показать сообщения:      
Начать новую темуОтветить на тему


 Перейти:   



Следующая тема
Предыдущая тема
Вы не можете начинать темы
Вы не можете отвечать на сообщения
Вы не можете редактировать свои сообщения
Вы не можете удалять свои сообщения
Вы не можете голосовать в опросах


Powered by phpBB © 2001, 2002 phpBB Group :: FI Theme :: Часовой пояс: GMT + 4
Русская поддержка phpBB